Четверо друзей отправляются в дальнюю дорогу, всего лишь для того, чтобы помочь бабушке одного из них. Но обстоятельства складываются так, что им приходится спасать целое государство, еще и в другом мире.
Авторы: Исхизов Михаил Давыдович
— проворчал лепрекон, недовольно оглядывая помещение. — То с нас взятку требуют, то связывают так, что дохнуть нельзя, то копьем в живот тычут, а теперь еще и в темницу бросили. И делом заняться некогда… — он вынул из ранца башмак, бережно повел ладонью по мягкой коже. — Вам, конечно, ничего, а мне ведь работать надо. Может, и врут, но я слышал, что джинны, с чем хочешь управиться могут, — намекнул он Агофену. — Если захотят, конечно.
— С чем хочешь, и джинны не могут, мой предприимчивый друг, — Агофен брезгливо дотронулся носком красивой туфли до потемневшей соломы. — Довольно могущественный для своего времени джинн Кондей-ревматик просидел восемьсот лет на дне моря, в маленькой бутылочке, из-под капель от насморка. В темноте, сырости, без кальяна, без развлечений и без свежей соломы. Но сам выбраться не смог.
— Я и при свежей соломе не хочу здесь сидеть, — набычился лепрекон. — Мы, лепреконы, работать должны, а не по темницам сидеть. А о джиннах я думал лучше, считал, что они любой замок разрушить могут.
— Ты правильно считал, мой сердитый друг. Я могу разрушить этот замок за неполный рабочий день, — сообщил Агофен. — Мы эту тему проходили в третьем семестре. Экзамен, по разрушению замков и других больших строений, я сдал на отлично. Но для этого я должен быть снаружи строения, а не внутри него. Разрушить замок из этой вонючей коморки при помощи волшебства я не могу. И даже мой почтенный шеф-учитель Муслим-Задэ Глиняная башка, да продляться дни его радостной жизни до бесконечности, не смог бы это сделать.
— Меня такой мастер, как твой Муслим-Задэ не учил, и на курсы повышения квалификации нас, лепреконов, никто не посылает, — пробурчал Дороша. — Приходится до всего самому додумываться, — он положил башмак в ранец, вынул из кармана небольшую изогнутую железку, из другого кармана еще одну, тоже причудливо изогнутую, затем, из маленького кармашка на чулке — третью, которой скрепил первые две. — Тут замок пустяшный, мне его открыть? — спросил он.
— Нет, — возразил Эмилий. — Зачем обострять отношения? Пока подождем. Лучше уйти из этого замка тихо. Мы свою силу должны проявлять только в самых крайних случаях.
— А если вешать станут? — спросил Дороша. — Если вешать станут, мы тоже будем ждать, не порвется ли веревка? Или сук обломиться?
— Если вешать станут, тогда другое дело. Тогда придется… — Эмилий не сказал что «придется сделать», когда станут вешать, но все его поняли.
Потом пришел ран Клемент а с ним двое слуг. Слуги принесли несколько охапок свежей пшеничной соломы и два больших глиняных кувшина с водой.
— У меня забрали сумку с монетами, — обратился Эмилий к рану. — Прикажи, чтобы мне ее вернули.
— Понимаю, терять сумку монет жалко, — посочувствовал ран Клемент. — Но вернуть никак нельзя. Закон не разрешает.
— Это какой же Закон не разрешает вернуть хозяину его личное имущество?! — удивился Эмилий. — Нет такого Закона! (48) Я Законы знаю! — заявил он с полным на то основанием.
— А вот и есть, — поправил дракона Клемент. — Еще дед нашего барона такой закон издал. По этому закону, без разрешения барона, никто не имеет права идти через наши земли и нести с собой монеты. Если кто-то это сделает, монеты считаются контрабандой и немедленно конфискуются в пользу владельца замка. Хоть у тебя одна монета, хоть целый мешок, все равно конфискуются.
— Почему?! — возмутился Эмилий.
— Потому, что есть такой Закон, — исчерпывающе объяснил ран Клемент.
— Но этот местный закон противоречит Своду Законов Счастливого Демократического Королевства Хавортии, принятым советом рыцарей, и утвержденным еще королем Пифистратом Четвертым, — настаивал дракон.
— В Своде Законов о монетах ничего не сказано, — напомнил Эмилию ран Клемент. — В Своде сказано «имущество». Если бы ты нес с собой стол, или, скажем, кровать, их конфисковать нельзя. Это твое, законное имущество. Можешь носить с собой сколько хочешь. А монеты не имущество, за ними не едят, на них не спят. Они только звенят в кармане. Наш Закон просто уточняет, что надо делать с монетами. По этому уточнению мы все монеты и конфискуем.
Эмилий онемел от такого толкования Закона.
— Бывший вор в законе, а ныне глава юридический службы фирмы «Абаландур энд Халамбала», мир с ними обоими, Магдуг Законник, утверждает, что идеальных Законов нет и быть не может. Все Законы составляются так, чтобы при желании, можно было найти уточнение, выворачивающее этот Закон на изнанку, и позволяющее нарушить его, — вмешался Агофен.
— Закон — как дышло,(49) куда повернул, туда и вышло, — вспомнил подходящую народную мудрость Максим.
— Очень точно замечено, — подтвердил народную мудрость джинн. — Все водители колесниц
