Надувные прелести

по шекам несуществующие слезы. — Знаю я ваши дела…
—    Пташек, клянусь своим мужским здоровьем! Я хотел тебе сюрприз сделать!
—    Сделал… Давно так не удивлялась!
—    Ты подожди, не волнуйся, тут такое… В общем, как вы посмотрите на то, чтобы Новый год встретить в подмосковном доме отдыха? — Димка попытался заискивающе заглянуть в мои глаза, которые я тщательно укрывала ладошками. Предложение мне сразу понравилось. Оно и понятно: кто же отказывается от подарков судьбы? Отдохнуть за городом, не мотаться по магазинам, совершая предпраздничные покупки, не торчать у плиты, готовя разнообразные кулинарные шедевры, а потом не клевать носом в ожидании боя курантов — да это просто мечта любой женщины! Судя по блеску в глазах, Клавдия думала примерно так же. Конечно, для порядка я еще немного обиженно посопела, а потом милостиво согласилась на предложение Брусникина. Димыч обрадовался, но по некоторому смятению в его глазах было заметно, что какая-то мысль не дает ему покоя, отчего я снова нахмурилась, ожидая начала неприятного разговора.
—    Только… — начал Димка.
—    Не томи! — вырвалось у Клавки.
—    Мне придется раньше уехать, — выдохнул супруг и виновато потупился. — Ребята меня отвезут. Они, собственно, и приходили для этого.
—    Чтобы тебя отвезти? — не поняла я.
—    Нет. Короче говоря, мне в качестве премиальных, ну, и для восстановления здоровья, конечно, выделили путевку. Семейную, — поспешил добавить Димыч. — А моя семья всем известна. — Тут он как-то странно покосился на Клюквину. Та издала негодующее: «Пфуй» — и снова схватилась за нож. — Вот ребята и предложили: я, значит, еду пораньше, и уже на месте договариваюсь с администрацией насчет жилья. Это нужно заранее сделать, потому что через пару дней мест уже не будет. У тебя когда каникулы начинаются?
—    Послезавтра, — тяжело вздохнула я. Мне казалось. что этот светлый момент никогда не наступит — слишком уж тяжелое выдалось полугодие: проверки, открытые уроки, совещания в департаменте… А тут еще и недавнее происшествие, не сулившее, судя по всему, ничего хорошего. В общем, выдохлась я капитально и, если бы не приближающиеся каникулы, то, ей-богу, ушла бы на больничный! Брусникин выжидающе смотрел на меня, а я — на Клавку. Сестрица делала вид, что полностью сосредоточена на приготовлении ужина, но даже ее спина выражала полный восторг. Мне казалось, что я читаю ее мысли: мол, соглашайся скорее, Афоня, это же такая возможность! Покопаемся в дискете, может, еще что-то интересное найдем, заодно и помечтаем, куда денежки потратить…
—    Ладно, поезжай, — согласилась я, тщательно маскируя свою радость. По правде сказать, мне и самой не терпелось вернуться к дискете. Димка тоже порядком надоел: всего-то, что нога сломана, а капризов — как у смертельно больного, того и гляди, ласты склеит.
Остаток вечера прошел относительно спокойно, если не считать небольшой стычки Клавки и Димыча по какому-то пустяку. Уже в постели Брусникин, потерев ушибленную голову, немного обиженно проворчал:
—    Виданное ли дело, живого человека по башке гладильными досками колотить! Слушай, а что гам Клавка о каком-то чемодане с баксами болтала?
«Дура потому что», — зло подумала я, а вслух равнодушно произнесла:
—    Пустое! Я ей сон свой рассказала, и у нее, видать, с хмельных глаз в голове и замкнуло что-то… Желаемое за действительное выдавать она мастер, сам знаешь…
Димка, похоже, успокоился, а я, желая закрепить эффект, прибегла к старому как мир способу, и подозрения Брусникина вскоре улетучились окончательно.
Начавшийся день не обещал ничего хорошего. Я проснулась с головной болью (сказалось принятое накануне лекарство от стресса) и, как следствие, в дурном настроении. Но это еще полбеды. Будильником у нас в семье работает Клавка. Именно она встает с первыми лучами солнца и будит всю округу звонким кукареканьем, то есть воплями о наступлении утра. Однако сегодня никаких воплей слышно не было, что само по себе настораживало и заставляло задуматься о наличии Клюквиной в квартире. Тихонько выскользнув из кровати, я отправилась на поиски сестрички-невидимки. Обнаружилась она в туалете за запертой дверью. То есть это я предположила, что за дверью именно Клавка. Раз Димка мой еще спит, а я уже встала и стою под дверью босая и в пижаме, значит, Клавдия — в туалете.
—    Клава, ты что делаешь? — Вопрос прозвучал по меньшей мере невежливо. В самом деле, что может делать в туалете нормальный человек? Не рыбу же ловить! Но то — нормальный человек. Моя Клавка, увы, к этой категории граждан не принадлежала и в туалете могла заниматься чем угодно.
В первую минуту из туалета не донеслось