Хотите узнать о себе что-то новенькое? Совершите, например, ограбление, а затем попросите свидетелей описать внешность преступника, то есть вас, и… масса свежих впечатлений гарантирована. Афанасия Брусникина — счастливая обладательница модельной внешности, увидев, как из иномарки выбросили гражданина в кашемировом пальто, а затем сама машина влетела в фонарный столб, то ли от страха, то ли от наваждения прихватила кейс с места аварии. Несмотря на поздний час, оказалось, что впечатляющий сюжет наблюдало несколько человек. И все сошлись во мнении: на вид кровожадная киллерша, безжалостно добившая жертв контрольными выстрелами, — толстая карлица преклонного возраста.
Авторы: Раевская Фаина
— А зачем твой Бубен нам голову морочит? «Афанасию заказали»! Спрошу-ка я его сегодня, наверняка ни фига не выучил!
Что ж, Сашке Бубнову не позавидуешь: если Серега спрашивает, то спрашивает все — от момента сотворения вселенной до факта построения светлого коммунистического будущего во всем мире, переходя уже к ненаучной фантастике.
— Девочки, скоро первый звонок, — строго сообщила Наталия Сергеевна, ветеран в сфере образования, наш завуч, по кличке Чекистка. Говорят, кликуха эта привязалась к ней чуть ли не во времена царя Гороха. Причиной тому послужила поразительная способность Сергевны знать все и про всех. Когда забеременела одна из наших учениц (такое иногда случается в школах), Наталия Сергеевна узнала об этом даже раньше, чем будущая мамаша. Помнится, я страшно оконфузилась, будучи молодым специалистом. Как всем известно, 19 декабря в нашей стране всенародно празднуется День чекиста. Желая сделать приятное ветеранше, я купила букет цветов, подписала открытку и принародно поздравила Наталию Сергеевну с профессиональным праздником… Смеялись все, кроме самой героини торжества — ее взгляд не обещал ничего хорошего. Штрафные санкции не замедлили сказаться: расписание мне составили крайне неудобное, к тому же нагрузили факультативами, как старый цыган свою кибитку ненужным барахлом. С тех пор взаимоотношения с завучем у меня как-то не заладились. Впрочем, завуча у нас побаивались все, включая и директрису Галину Петровну.
— Скоро первый звонок, — повторила Чекистка. — Убийство убийством, а забывать о профессиональном долге все же не следует. Тем более что полугодие заканчивается. Попрошу всех приступить к своим обязанностям! — Наталия Сергеевна, гордо неся свою маленькую головку с реденькими островками волос, покинула учительскую. С ее уходом все учителя заметно оживились. Ко мне подскочила француженка и, задыхаясь от восторга, посвятила в суть проблемы:
— Афоня, это неподражаемо! Менты приперлись в школу, ищут свидетелей убийства.
— Да? — Я почувствовала себя кроликом, загнанным в угол.
— Ага! Вчера вечером, аккурат после того, как у нас собрания закончились, во дворах какой-то придурок убил крутого мужика и попытался скрыться с места убийства, но что-то не рассчитал и врезался в фонарный столб. Тачка — всмятку, но, говорят, водила жив, правда, без сознания…
— Без сознания, — как робот, повторила я, не в силах поверить. После таких ударов, который пришелся на долю старенькой «Волги», даже манекен не выживет, что уж говорить о человеке?
— Вот именно! Короче, — посерьезнела француженка, — менты собрались нас всех допрашивать.
— Допрашивать… — мне уже было плохо. Что же будет, когда начнут допрашивать?
— Интересуются, не видели ли мы чего-нибудь… А ты почему такая синяя? — француженка с любопытством уставилась на меня. — Перепугалась, что ли?
— Немного. Василич на входе так прямо сразу и огорошил меня этим убийством. Я уж думала, кого-то из наших…
— Тьфу, типун тебе! Хотя, признаться, Чекистке давно пора на пенсию.
Наверное, Наталии Сергеевне и в самом деле не мешало бы уйти на покой, в хорошем смысле этого слова. Ничего дурного даже я ей бы не пожелала.
Прозвенел звонок. Первый раз за шесть с половиной лет работы в школе этот звонок звучал столь отвратительно, что мне захотелось как минимум заткнуть его навсегда.
Родной 11 «Б» встретил меня настороженным молчанием. Подозреваю, они рассчитывали на отмену контрольной в связи с чрезвычайной ситуацией в школе. Оправдывать их тайные надежды я не собиралась, и вовсе не из-за вредности характера, а просто потому, что ни о чем другом, кроме предстоящей встречи с ментами, в данную минуту думать не могла.
— Афанасия Сергеевна, как вы себя чувствуете? — заботливо поинтересовался Тошка Филатов. Бубен, очевидно, уже успел рассказать, как транспортировал меня в учительскую.
— Не дождетесь, — строго ответила я. — Задания прочитаете на доске, если, конечно, читать еще не разучились. Текстами романа можете пользоваться, а вот учебниками не советую — все равно ничего путного там не найдете. Почему ждете? Приступайте…
Оболтусы повздыхали, поворчали, но приступили.
«Вот оно, начинается! — думала я, глядя в окошко. — Менты уже здесь. Оперативно, однако! А еще
говорят, что наша милиция работать не умеет. Интересно, много им удалось нарыть? Может, меня прямо сейчас и арестуют? Сколько гам Клавка обещала по совокупности? Пожизненный срок, кажется. Господи, ну почему я не поехала на трамвае?!»
— Все несчастья — от женщин, — прервал ход моих размышлений ворчливый голос Сашки Макарова.
