Надувные прелести

—    В «Джокере»…
—    Но мы там уже искали!
—    Значит, плохо искали. Попробуем еще раз.
Мне бы Клавкин оптимизм! Всю дорогу до клуба Юрка не проронил ни слова, лишь изредка откуда-то из глубин его мужской души вырывался грозный рык, который, должно быть, свидетельствовал о его уязвленном самолюбии.
На этот раз в клуб мы вошли, не обращая внимания ни на голубоватого гардеробщика, ни на охрану. И.о. управляющего, уже знакомый нам дядька, упакованный в кожу, явился пред наши очи по первому же требованию. Физиономия его скривилась, едва он увидел нас на пороге заведения.
—    Пошли в кабинет Глеба, там поговорим! — скомандовала Клавдия и, не дожидаясь согласия «кожаного», двинулась по известному маршруту.
В кабинете Глеба все было по-прежнему: тот же интерьер и те же «шипованные» рыбки чрезвычайно ядовитого свойства в аквариуме.
—    Итак… — усевшись в директорское кресло и сложив руки «домиком», произнесла Клавдия. — Где тут у вас дно?
—    Чего-о?.. — обалдел «кожаный».
—    Дно. — охотно пояснила сестрица. Мы с Юркой, сомкнувшись лбами, стояли возле аквариума, с интересом наблюдая за шустрыми рыбками, и участия в разговоре не принимали. Одна рыбка, растопырив ядовитые шипы, с выпученными глазами носилась за другой. Непонятно было, то ли агрессивная рыбешка хочет отобедать, то ли она так yxaживает.
—    Голодная, наверное, — предположил Юрка. И опять же, непонятки остались: что за голод имеет он в виду? Я повернулась к Йорику в надежде узнать, какой смысл вкладывает он в понятие «голод», но, видно, день сегодня выдался какой-то неудачный — неведомая сила повела меня в сторону, я попыталась удержать равновесие и схватилась за Юрку. Тот явно не ожидал подобного натиска, и мы вместе с ним рухнули на аквариум. Огромное количество литров воды вылилось на пол. Рыбки сразу позабыли о своих проблемах и затрепыхались на полу, судорожно хватая ртами воздух.
—    Что вы творите! — завопил «кожаный». — Таких рыбок найти невозможно, одна особь стоит полторы тысячи долларов!
Вопли мужика оставили меня равнодушной, потому что среди рыбок, травы и осколков стекла я заметила герметично упакованный пластиковый пакет. Через его прозрачные стенки отчетливо были видны очертания компьютерной дискеты. Сдается мне, поиски наши подошли к концу. Вот оно — дно!
Легким движением руки Юрка отправил возмущенного мужика «отдыхать» в угол кабинета. Тот,  шмякнувшись о стеночку, притих, сочтя разумным не вступать в конфликт с превосходящими силами противника.
—    Она? — прошептала Клавка, когда я взяла пакет с дискетой в руки.
—    Похоже…
—    Ну, вот и все! — Клюквина опустилась на корточки и обхватила голову руками. Мне стало ее жалко — столько пережил человек! Считай, сестрица ходила по тонкой ниточке, которая отделяет жизнь от смерти. Я присела рядом с ней в неуемном стремлении утешить родственницу. Юрка сочувственно пыхтел. Как-то угадывалось, что в роли няньки для Клавы он предпочел бы оказаться лично.
И замелькал калейдоскоп событий! Справившись со стрессом, Клавка позвонила Брагину и коротко обрисовала ситуацию. Вскоре повторилась нудная процедура допроса, составления протокола и прочей дребедени, без которой менты просто не могут прожить ни минуты. И опять же, после всех неприятных формальностей нас отпустили. Только на этот раз усатый майор смотрел сурово, словно подозревал нас во всех грехах, включая и первородный.

Новый год мы отметили весело и непринужденно. Димка радостно встретил нас в подмосковном доме отдыха. Правда, радость его была несколько омрачена сведениями, полученными от друзей — Брагин все-таки настучал моему супругу о деяниях его дражайшей половины. Впрочем, небольшая головомойка нам с Клавкой пошла лишь на пользу. Мы перенесли ее со стойкостью, достойной пера лучших писателей, и торжественно поклялись жить спокойно и с миром криминала никаких общих дел не иметь. Правда, в тот момент, когда мы с Клюквиной давали эту клятву, пальцы всех четырех рук мы держали скрещенными — незаметно от мужиков. Так, на всякий пожарный… Дальнейшие события, связанные со всей этой историей, проходили уже без нашего непосредственного участия, хотя несколько раз нам все же пришлось явиться в прокуратуру в качестве свидетелей и лиц, задействованных в этих трагических событиях. Юрка и Димка сопровождали нас, неизменно присутствовали при допросах, и выражения их лиц не обещали ничего хорошего в ближайшем будущем ни мне, ни Клавдии. Марину и Кешу посадили по обвинению в убийстве. Причем Мариночке припомнили все ее прошлые грехи и срок впаяли