Наемник. Дилогия

Отбросив бесполезную палку, иду дальше. Вот, повезло! Перевернув труп одного из наших, я обнаружил под ним щит. Практически целый – лишь небольшая трещина в одной из досок. У этого же покойника забрал меч. А копье… Копья я так и не нашел. Зато, уже на обратном пути, когда я совсем разочаровался найти копье, мне на глаза попалась любопытная вещь – небольшая, чуть больше локтя длиной, шипастая булава. Почему я обратил на нее внимание? Сам даже не знаю. Возможно, из-за того, что научиться орудовать дубинкой жизнь в трущобах меня заставила еще в детстве. Я вырвал оружие из мертвых пальцев трупа и прикинул в руке. Тяжеловато… Булава сделана полностью из железа. Вообще, я обратил внимание, что среди оружия и прочего снаряжения тех, кто на нас напал, практически… Да, что там – практически! Я за весь бой не увидел у них ни одного предмета из дерева! Все – металлическое. Может это из-за того, что в горах с деревьями – туговато, а спускаться с гор они, по каким-то своим причинам, не решаются? Погруженный в подобные размышления, я, все прикидывая в руке булаву, отправился обратно.
Когда все снова собрались, Ламил снова осмотрел нас. На этот раз, хоть не выругался. Пусть и ранены, но все собравшиеся снова вооружены. Копий набралось аж тринадцать штук. Не знаю, почему не повезло с копьем мне… Со щитами дело обстоит хуже – их всего восемь. Взгляд десятника задержался на моей булаве, но он ничего не сказал по этому поводу.
 – Значит так, – Ламил еще раз прошелся под строем. – у кого копья – отдайте щиты тем, кто без копий и становитесь во второй ряд. Первый ряд прикрывает копейщиков. Копейщики бьют поверх плеч первого ряда. Все понятно? Вперед!
Ну вот… Я снова в первом ряду. И пусть этот наш первый ряд от врага отделяют еще, по меньшей мере, десяток рядов, но, учитывая скорость, с которой они сменяются… Вот и сейчас – не успели мы встать позади перекрывающего ущелье строя, как мимо нас, проскальзывая между бойцами, поковыляли те, кто сумел дожить на передовой до смены.
 – Как там? – Баин, стоящий справа от меня, дернул за рукав одного из баронских, который, прихрамывая на левую ногу, проходил мимо него.
Ответ воина крайне краток и грязен. Но общий его смысл заключается в том, что баронский предпочел бы оказаться совсем в другом месте.
 – Прут, как сумасшедшие. – пробормотал другой, вернувшийся с передовой. – Смерти они не боятся что ли?
 – Так, почитай, уже больше сотни их положили. – подключился к разговору Навин. – Если они так лезут – наверно не боятся.
 – А наших сколько полегло? – спросил кто-то.
 – Кто его знает… Потом считать будем.
 – В лазарете еще десятка два наберется…
Снова мимо нас прошли те, кто выжил в первом ряду. Мы стали еще ближе к передовой. И еще… И еще… Вот уже от противника нас отделяет всего один ряд. Воин, стоящий прямо передо мной, резко взметнул над головой меч и сорвавшиеся с него алые капли попали мне прямо в лицо… Над плечом воина слева вдруг показалась оскаленная бородатая рожа… Он отступил на шаг назад, налетел на Крамма… Покачнулся и начал медленно заваливаться на бок… Крамм тут же выставил перед собой щит и резко толкнул всем своим весом падающего товарища. Тот полетел вперед и сбил с ног своего убийцу, не ожидавшего такого. Крамм, подняв щит над головой, быстро упал на колено и пригвоздил врага мечом к земле.
 – Сволочь! – громкий треск и последовавший за ним крик, прозвучавший, скорее, как стон, отвлек меня и заставил сосредоточиться на происходящем прямо передо мной.
Наемник впереди меня сильным ударом рубанул кого-то перед собой и тут же попытался протиснуться назад – между мной и Баином. Левая рука его висит неподвижно… Не то, что неподвижно – она просто болтается, как обрывок толстой веревки. Я чуть посторонился, пропуская раненого. Ну вот… Теперь я в самом, что ни на есть первом ряду. Но мне не дали времени не то, что осмотреться – даже осмыслить произошедшее. Хвала Дарену, я хоть успел заметить устремившееся прямо мне в лицо острие меча. Левая рука сама по себе дернула щит вверх – успел! Глухой удар, отозвавшийся эхом в моем теле. Ах ты!.. Получай, ублюдок! Булава врезалась в шлем врага и расколола его как орех. Вместе с головой… змеей скользнуло мимо моего уха копье – наконечник впился прямо в подмышку еще одного врага, только замахнувшегося, чтобы опустить топор на щит Крамма. Это же копье чуть меня не погубило. Одновременно с тем, как оно вонзилось во врага, на меня набросился закованный в железо – не просто кольчугу, а в настоящую броню! – коротышка, размахивающий чем-то, похожим на длинный, толстый металлический прут, на одном конце которого внушительный шар, а на другой конец представлял из себя широкий копейный наконечник. Вот этот наконечником