Наемник. Дилогия

много, но встречаться с ними не хочется.
— Глянь! — Баин указал копьем на куст, от которого я только отвернулся.
Переплетенные ветви зашевелились, зашуршали. Из-за куста показалась оскаленная пасть с внушительными клыками.
— Собака, что ли? — Молин передернул плечами и отступил подальше от твари. При этом, он чуть не наступил мне на ногу.
— Смотри, куда идешь! — рыкнул я, еле сдерживаясь, чтобы не оттолкнуть друга.
Трехногий скелет, действительно похожий на крупную собаку, попытался выпрыгнуть из-за куста, но у него не получилось пролететь больше двух шагов. Вдобавок, падая, он потерял нижнюю челюсть.
— Волк. — коротко бросил Дони. Краем щита он отмахнулся от подобравшегося слишком близко скелета, и тот, получив удар, рассыпался. — Может взять и себе черепушку, как тот баронский в прошлый раз? — хохотнул Дони, не делая однако и попытки нагнуться к костям.
— Брось! Ребята говорят, что та черепушка через три дня рассыпалась. — хмыкнул Молин. — То ли от того, что ее от остального тела унесли, то ли из-за того, что мы ее из леса вынесли.
Что-то хлопнуло меня по шлему. Молин резво отпрыгнул в сторону. Скользнув по гладкому металлу, под ноги упало иссушенное нечто, когда-то бывшее птицей. Из острого раскрытого клюва вырывается злобное шипение, а крылья, лишенные перьев, неистово трепыхаются, видимо пытаясь взлететь. Хруст под моим сапогом возвестил о том, что мучения несчастной птицы остались в прошлом.
— Сотню шагов прошли, а эти твари уже полезли. — проворчал Молин, возвращаясь на свое место. — Видать, скоро опять их вокруг видимо-невидимо будет.
— Отобьемся, как в прошлый раз. — Баин пожал плечами и отвернулся, сосредоточившись на наблюдении за окрестностями.
— Алин, ты бы подобрал птичку. — похоже, язык Молина живет собственной жизнью. Или ему просто легче от того, что он слышит свой голос? Признаться, я заметил, что мне тоже легче, когда вокруг слышны не только шорохи, да звук шагов. — Кстати, спроси у Нарив — может изловить пару этих тварей, да подарить тому подземному королю? Я слышал, шишки любят всякие диковинки.
— Подгорному. — поправил я.
— Думаю, я подарю королю тебя. — обернулась к Молину Нарив. — Пусть он тебя посадит в клетку, а ты его развлекать будешь.
— Чего это она? — Молин вопросительно уставился на меня. Улыбнувшись, я перевел. — Если не придется больше возвращаться в этот лес, то согласен! — Молин сверкнул зубами. — Если, конечно, кормить хорошо будут. И женщин приводить.
— Улитками тебя кормить будут. Помнишь, тот гном слизняков собирал? — хохотнул Дони.
— А заместо женщин, будут приводить гномов. — поддержал шутку Баин, явно наслаждаясь тем, что можно подшутить над вечно подшучивающим над всеми остальными Молином. — Или гномьих женщин. Таких же маленьких и бородатых, как и мужчины.
— А у них и женщины бородатые? — Молин округлил глаза.
— Специально для тебя найдут таких. — я рассмеялся и вздрогнул — так непривычно и чуждо звучит здесь смех.
— Это кому там весело? — долетел спереди голос десятника. — По сторонам смотреть, а не ржать, как эльфом проклятая лошадь!
Как и в прошлый раз, основная масса тварей повалила на нас, когда колонна уже порядком углубилась в лес. Вначале это были одиночные скелеты, от которых мы отмахивались походя. Вновь убедившись, что, кроме жутковатого вида, они не представляют другой опасности, я даже почувствовал себя лучше. Гнетущая атмосфера страха никуда не делась, но… Я даже не могу сказать точно — просто стало как-то легче. Однако, потом мертвяки стали попадаться все чаще. Усилились и шорохи вокруг. Вскоре злое шипение и стоны раздавались уже со всех сторон. Вот из-за дерева вышли два скелета — человеческий, облаченный в ржавую до такой степени, что она даже не сгибалась, кольчугу, и звериный, с костей которого свисали высохшие клочья шкуры с редкими пучками выцветшей и свалявшейся шерсти. Вот вдалеке, между деревьями, волочит ноги другой мертвяк — посвежее предыдущих. Из-под обрывков одежды, от которой осталось больше дыр, чем ткани, видна сморщившаяся, потемневшая кожа. Он шагает медленно, натужно, но изо всех сил пытается догнать нас. Безуспешно. Мы отбиваемся щитами и копьями, стараясь не подпускать тварей близко. Кому-то достаточно одного удара, чтобы раскатиться по земле костями, кто-то теряет лишь часть своего… тела, но, не обращая на это внимания, продолжает попытки дотянуться хоть до кого-нибудь. Вскоре весь лес вокруг шуршит, стонет, шелестит… По приказу десятника, мы сбились в плотный строй, отгородившись щитами от всего, что за его пределами. Люди начали нервничать еще сильнее. Приходится внимательно смотреть не только по сторонам,