Наемник. Дилогия

Страшный лес, от одного взгляда на который меня пробрала дрожь, выглядит узкой темной полоской на горизонте. Вокруг царит тишина, нарушаемая лишь звуками дыхания, да шорохом шагов.
— Навин и Крамм остаются с Алином. — Зелик, бывший главным в нашей маленькой группе, говорит шепотом, хотя вокруг не видно ни души. — Отдайте остальным, что вы там для костра захватили, и оставайтесь здесь.
— Зелик, я и сам могу здесь подождать. — шепнул я. — Ребята тебе могут понадобиться…
— Заткнись! Мне Ламил руки с ногами местами поменяет, если с тобой что-то случится. Или ты его не слышал?
Я и заткнулся. Может быть, два человека не повлияют существенно на дело, которое нам предстоит. Если там не хватит восьмерых… С другой стороны, странновато чувствовать себя такой важной птицей, что ко мне приставили охрану. Как шишка какая-нибудь!
Впрочем, Навин и Крамм не казались особо недовольными. Мы молча наблюдали, как ребята исчезают в сумерках. Едва их спины исчезли из вида, я, пользуясь остатками света, огляделся. Слева возвышается огромная глыба, торчащая из груды камней помельче, как поднятый в предостерегающем жесте палец. Большую ее часть скрыла густая тень.
— Давайте переберемся туда. — я толкнул локтем Навина и указал на глыбу. — Укроемся в тени. А то сидим здесь, посреди прохода.
Наша новая позиция оказалась гораздо удачнее. Едва зайдя за камень, мы оказались в такой глубокой тени, что я с трудом мог разглядеть собственную руку. Если прислониться к скальной стене, то открывается прекрасный обзор луга через широкую щель между стеной и глыбой. Вдобавок, отлично просматривается и само ущелье. Точнее, просматривалось бы, если бы не темнота…
— Я вот одного не понимаю, Алин, — я повернул голову на голос Крамма, хотя самого его не вижу, — как ты понимаешь то, что здешние бормочут? Как по мне — будто змеи какие-то шипят, а не люди говорят.
Не скажу, что часто, но подобные вопросы мне время от времени задавали многие. Что им ответишь? Конечно, правду о волшебном перстне я никому не раскрывал. И этот раз не стал исключением.
— Мне Нарив помогает язык учить. А я ее учу нашему языку.
— Так ты же как-то с ней говорил, когда только она появилась в тех подземельях! — Навин, хоть и выглядит, как деревенский простофиля, каким собственно и является, на самом деле не дурак.
— Точно! — поддержал его Крамм.
— Ну… — я пожал плечами, хотя никто и не мог этого увидеть, — не знаю. Как-то понимаю, и все!
— Я бы тоже хотел ее понимать. — Крамм хмыкнул. — Такая девка!
— Та девка еще похлеще нашего десятника будет. — Навин хихикнул. — Видел, как она дерется? Голову быстро тебе оторвет!
— Так Алину же не отрывает. — возразил Крамм.
— Так все ж знают, что у них любовь….
— Это кто говорит? — похоже, Навин, заболтавшись, совсем забыл, что и я сижу рядом.
— Так… — он замялся, — Все говорят…
— Ага. Все ж видят, что ты от нее редко когда и на шаг отходишь! — неведомо как, Крамм все же разглядел меня и хлопнул по плечу. — У вас уже было что-то? А то парни гадают…
— Заткнись! — не скажу, что меня этот разговор разозлил. В том, что в отряде собрались не невинные младенцы, сомнений никаких не было. Но, все же, стало немного неприятно. — Пусть парни гадают дальше. А ты смотри лучше по сторонам, да прислушивайся, вместо того, чтобы болтать. А то мало ли…
— Приказывает тут, что твой десятник. — недовольно пробурчал Крамм, но продолжать не стал.
Я тоже не горел желанием продолжать разговор на подобную тему. Отвернувшись, я прильнул к щели, через которую просматривается луг, и уставился в темноту. Добрались ли уже Зелик и остальные до места, где должны развести костер? Сколько времени мы проболтали, вместо того, чтобы внимательно следить за происходящим вокруг. Темно, хоть глаз выколи! Где же они? Впереди не заметно никакого движения. Ни звука. Тишина и темнота…
— О! Смотри! — шепнул Навин.
Кажется, далеко-далеко впереди что-то сверкнуло. Снова! Засветилась небольшая искорка, едва заметная с такого расстояния.
— Поджигают! — прошептал Крамм. Он вплотную придвинулся ко мне, глядя в ту же щель. — Огнивом чиркают.
Внезапно искорка выросла. Ненамного, но далекая, будто тусклая звездочка в рассветном небе, она стала видна гораздо лучше. Спустя миг затрепетал на слабом ветру небольшой огонек, постепенно набирающий силу. Что-то мелькнуло, на мгновение закрыв от нас огонь.
— Все. Теперь будем ждать.
— Можно подумать, последний десяток мгновений мы занимались чем-то другим. — буркнул я, устраиваясь поудобнее.
— Нам еще нечего жаловаться. — шепнул Крамм. — Прячемся тут, как в норе. А парни сейчас на том лугу — как на тарелке. А если