Наемник. Дилогия

форме – почти скрытый землей череп.
 – Только эти нас вряд ли уже накормят… – неудачно попытался пошутить Молин, но, на этот раз, никто не обратил на него внимания.
В наказание за неуместные шутки, Ламил отправил Молина обратно через проход доложить об увиденном. Посмотрев вслед удаляющемуся Молину, даже спина которого излучала недовольство, мы принялись изучать окрестности, впрочем – не удаляясь сильно от прохода и друг от друга. Все разошлись в стороны. Я, вместе с Баином и Ретоном, пошел к ближайшему ‘холму’, возвышавшемуся в паре десятков шагов от нас. Идти оказалось гораздо легче, чем в джунглях. Если по ту сторону стены дорогу нам преграждало хитрое сплетение лиан, густой кустарник и прочая, надоевшая донельзя, растительность, то здесь самый высокий куст едва доставал до колен. То и дело под ногами характерно похрустывало, но мы уже знали, что идем по костям и не обращали на это особого внимания. Лишь один раз Баин споткнулся – будто с хрустом провалился внезапно в неглубокую ямку. Оказалось, он наступил на что-то округлое, полое внутри. Когда мы расчистили предмет, чуть не ставший причиной падения друга, то увидели темно-серый, лоснящийся панцирь, будто черепаший – я видел такие на рынке среди всяких диковинок. Но, в отличии от черепашьего, этот оказался гладким, а не поделенным на лоскутки квадратиков.
 – Может краб? – неуверенно произнес Баин.
 – Так, здоровенный такой… – покачал головой Ретон.
 – Ты бы видел краба, которого Алин на пляже убил. Тот запросто и его самого съесть мог!
 – Может и краб. – сказал я, делая шаг в сторону. По-моему, там, под толстым, свившимся в кольцо, будто змея, стеблем, что-то блеснуло…
Наклонившись, я поднял с земли обломок лезвия. Такого же, серпообразного, клинка, как тот, что мы нашли на пляже. Только тогда мы нашли целое оружие, а здесь… Обломок был длиной чуть больше ладони – самое острие, зазубренное и со следами заточки с вогнутой стороны.
 – Интересно, что здесь произошло? – спросил Баин, разглядывая мою находку. – Битва какая-то?
 – Этого мы уже не узнаем. – пожал плечами Ретон и указал на торчащую неподалеку из земли кость. – Они уже не ответят.
Добравшись, наконец, до цели, мы на мгновение застыли, пораженные высотой холма, или здания, или Дарен знает, что было перед нашими глазами. Больше всего это походило на стог сена, какой можно увидеть на полях под Агилом или, думаю, любым другим городом. Стог лиан… Смешно! Мы принялись за уже привычную работу – истребление растительности. Снова, несмотря на усталость, наши руки вздымали и опускали мечи, отсекая ветви, листья, лианы.
 – А никто не заметил, что здесь мошек нет? – спросил Ретон. – Как вошли в проход, так даже жужжания не слышно.
Действительно, я только после этих слов обратил внимание, что вокруг необычайно тихо. Жужжание насекомых, ставшее за последние дни привычным фоном, куда-то пропало. Лишь шелест растений на небольшом ветерке, гуляющем здесь, наше дыхание, звук шагов и тихий, еле слышный разговор Ламила и Комила в нескольких десятках шагов от нас. Даже под ногами не было видно вездесущих жуков, пауков, многоножек и прочих представителей многотысячной армии насекомых, окружавшей нас ранее.
Меч Ретона наконец наткнулся на камень, издав уже знакомый звук. Как и предполагалось, камень оказался черным и гладким – точно таким же, из какого была сделана стена позади нас. Ретон уже расчищал камень от растений, а наши с Баином мечи никак не находили на своем пути преграду, если не считать, конечно, таковой слабое сопротивление растений.
 – Может здесь стена заканчивается? – предположил Ретон, указав мечом на расчищенный камень. – Попробуйте левее.
Я, следуя совету, взял чуть в сторону. Ничего… Дзиннь! Меч зазвенел об камень. Уже через мгновение я понял, что обсуждал Ламил с теми тремя наемниками, которые обнаружили проход. Нашим глазам открылся угол. Именно поэтому мы с Баином и не могли нащупать твердую преграду – стена, действительно, заканчивалась как раз между мной и Ретоном, а мы с Баином, промахнувшись мимо угла, шли, рассекая шатер растений, вдоль другой ее стороны. Но сам угол… ‘Ты где-то видел такие ровные линии?…’ – вспомнил я слова Зимика. Прямой, ровный угол отвесно уходил в землю.
 – А Зимик был прав… – пробормотал я.
 – Что? – переспросил, не поняв, Ретон.
 – Тот парень, с которым Ламил разговаривал у прохода. – пояснил я. – Помните, он сказал, что такие прямые линии могут быть только рукотворными?
 – Ну да… – согласился Баин. – Значит, все-таки город?
 – …рассказал. Сейчас они построятся и двинутся за нами. – услышал я голос Молина. Быстро обернулся, однако.
Молин стоял перед десятником