Наемник. Дилогия

а мы кое-что разведали…
Плюнув под ноги, Ретон резко развернулся и, положив копье на плечо, широко зашагал обратно – туда, где должен ждать десятник и остальные ребята. Мы с Баином переглянулись, посмотрели на Молина, который все смотрел во тьму входа в строение, и поспешили вслед за Ретоном. Сзади раздался тяжкий вздох и быстрые шаги – оставаться здесь в одиночестве не хотелось даже Молину.
Мы успели как раз к тому моменту, когда последние солдаты проходили через проход в стене, окружающей эти руины. В пустом пространстве, которое разделяло внешние стены и ‘холмы’, оказавшиеся останками неведомых строений, стало тесновато. Со всех сторон долетали обрывки разговоров. Кто-то предвкушал скорый отдых – ясно ведь, что, найдя такое удобное место для лагеря, командиры вряд ли прикажут продолжать движение. Кто-то ругал во всю мощь своей фантазии джунгли, через которые прошли. А кое-кто, как недавно Молин, рассуждал о сокровищах, которые стоит поискать здесь… Потолкавшись между снующими туда-сюда наемниками и баронскими дружинниками, мы обнаружили свою роту.
 – Вы куда, недоделки, пропали? – десятник набросился на нас, едва увидел.
Ретон вытянулся перед ним и нам пришлось последовать его примеру. Пока Ретон докладывал о произошедшем, впрочем – представляя все так, будто мы специально пошли на разведку, а не сунулись неведомо куда в поисках неведомо чего, я, Молин и Баин молчали, только иногда дополняя его рассказ.
 – Как вам вообще пришло в голову лезть в эти строения? – Ламил немного успокоился, но до добродушия его голосу было столько же, сколько мне до баронского титула.
 – Случайно вход обнаружили. – нашелся Баин. – Решили…
 – Свободны! – рявкнул десятник и, ругаясь, исчез в толпе.
Лагерь действительно разбили среди руин. Приказ пришел меньше чем через звон с того момента, как мы нашли свой десяток. Как раз когда Молин заканчивал рассказывать всякому, кто изъявил желание слушать, о наших приключениях внутри ‘холма’, вернулся Ламил. Похоже, он тоже успел поставить кого надо в известность о том, что мы вторглись в обиталище каких-то тварей. С издевательской улыбкой, преувеличено ласково, десятник объявил нам благодарность за проведенную разведку. Я этим словам не поверил бы даже без той улыбки и тут же насторожился. Предчувствие не обмануло – нашему десятку приказали проверить заросшие стены ближайших строений и отыскать входы, которые обращены к лагерю. Кроме того, нам предстояло еще и дежурить до полуночи. Молину-то – ладно! Ему Ламил обещал уже дежурство. А вот за что мне такое…
Ночь опустилась незаметно. Такое ощущение, что вот только что светило солнце, моргнул – и уже вокруг сумерки. Посты в эту ночь, думаю – благодаря нам, были утроены. Многочисленные костры освещали все вокруг ярким, красноватым светом. Мне почему-то вспомнилась та ночь, когда нас чуть не сожрали крабы. Точно так же мы сидели у костра, вглядывались в темноту… Сейчас сидим точно так же. Только под ногами не перемешанный с ракушками песок пляжа, а перемешанная с костями земля и непонятные строения вокруг. Хотя, на том пляже костей тоже было предостаточно. И еще – с нами тогда был Клони…
Мой взгляд скачет туда-сюда. С костра на темный проем одного из двух обнаруженных входов в строениях, с входа на костер. Молин ковыряет ножом землю. Вот что-то звякнуло под его лезвием. Немного покопавшись, он извлек из земли какую-то шестиугольную пластинку и принялся разглядывать ее в свете костра. Баин, задрав голову, наблюдает за звездами. Ретон что-то жует, как и я косясь на ближайшее строение. Комил поправляет прутиком дрова в костре и провожает взглядом взмывающие ввысь искры, которые будто стремятся воссоединиться со звездами – другими, холодными искрами, горящими в темном небе. А Навин, по-моему, вообще спит с открытыми глазами – стеклянный, невидящий взгляд устремлен в никуда. Подошел и присел рядом Ламил.
 – Как те твари, о которых вы говорили, хоть выглядели?
 – Круглые такие, – охотно принялся рассказывать Молин, довольный, что может хоть разговором разогнать мрачные мысли, навеваемые окружающими руинами, – как тарелка. Или как щит… Это панцирь у них такой. А по краям панциря у них мелкие такие лапки…
 – Может крабы? – предположил десятник.
Потрескивал костер. Пролетел легкий, игривый ветерок, зашуршав листьями, и от этого звука стало еще более жутко. А ветерок, будто довольный удачной шуткой, снова коснулся моего лица и исчез куда-то по своим делам.
 – А у нас, неподалеку от деревни, трактир один был. – внезапно сказал Навин. – Хозяином там – Бабрик. Такое пиво продавал… Сам господин баронский управляющий частенько заезжал…
 – Навин, хватит о