Наемник. Дилогия

Я обратил внимание, что имя Эльзиара она произносит как ‘Эльфизиахр’.
 – Скажи, а почему ты говоришь ‘Эльфизиахр’, а не ‘Эльзиар’? Ты так говоришь, будто его имя как-то связано с эльфами.
 – Конечно связано! – Нарив не на шутку удивилась и посмотрела на меня, словно на моей голове выросли рога. – Ведь он – отец эльфов!
 – Как? – пораженный, только и смог произнести я. Я ведь столько времени провел в храме. Столько раз слышал историю Богов, но ни единого слова…
 – Ну не буду же я тебе читать все Писание! – всплеснула руками Нарив. – И потом, если ты знаешь его имя, то я думала, что ты знаешь и Писание.
Я вкратце рассказал Нарив то, о чем рассказывали в Храме Дарена. О богах, о Кронии, о создании людей и свержении Эльзиара.
 – Не так. – выслушав меня, Нарив замотала головой. – Все правильно, кроме того, что ты рассказал об Эльзиаре.
 – Так написано в нашем Писании. – я сделал ударение на слове ‘нашем’.
 – На самом деле, Эльзиар хотел уничтожить людей не из ревности. – Нарин откинулась назад и оперлась на руки, приняв позу, при виде которой, спор между Молино и Баином мгновенно прекратился. У меня самого перехватило дыхание и смысл слов Нарив еле пробивался к моему сознанию. – Эльзиар считал людей слишком несовершенными. Недостойными того, чтоб сестра тратила на них время. Поэтому, он и создал эльфов. Эльзиар хотел подарить их сестре как замену людей. А для того чтобы сделать это, ему необходимо было расчистить мир – убрать негодные, по его мнению, игрушки и освободить место для своих, более совершенных творений.
 – Ты хочешь сказать, что эльфы более совершенны чем люди? – удивился я.
 – Они живут до тысячи лет, – пожала плечами Нарив, – не знают болезней. Они в несколько раз сильнее и быстрее любого человека…
 – Ладно-ладно! – я поднял ладони, показывая, что продолжать не следует. – Но если они совершеннее, то почему Крония их с радостью не приняла?
 – А почему девушка, влюбленная в нищего рыбака, не принимает богатого землевладельца? – спросила Нарив и сама же ответила. – Крония любит людей, совершенны они или нет.
 – Что она говорит? – вмешался Молин, пожирая взглядом грудь Нарив.
 – Скажи своему другу, – тут же сказала Нарив, – что если он будет продолжать так на меня пялиться, то я сама отверну его взгляд от себя. Вместе с головой.
Я засмеялся и перевел эту фразу Молину. Глядя как он заливается краской, захохотал еще сильнее. И совсем чуть не повалился на пол, когда Молин, проворчав такое, что, пойми его Нарив, добром дело бы не кончилось, все-таки отвел взгляд.
 – Что он сказал? – прищурилась Нарив.
Я сразу посерьезнел и откашлялся, прогоняя остатки клокочущего в горле смеха.
 – Понимаешь, у нас женщины не ходят в таком виде. – я указал на ее тело, подразумевая наготу. – И, при виде тебя, реакция у моего друга, как у мужчины, соответственная. Тем более, ты действительно очень красива.
 – Извини. – Нарив покраснела не хуже чем только что Молин. – У нас тоже не принято ходить в таком виде…
Вместо ответа я, под удивленными взглядами друзей и женщины, снял с себя жилет, стянул через голову грязную, порванную в некоторых местах рубаху и протянул ее Нарив.
 – Извини, что раньше не предложил. Со всеми этими делами…
Покраснев еще больше, Нарив неловко, будто это не она недавно голыми руками убила эльфа и тварей, заменявших ему доспехи и оружие, приняла одежду. Она начала, было, надевать рубаху, но вдруг остановилась.
 – Я сейчас! – сказала она и, поднявшись, побежала к воде.
Глядя, как она смывает с себя кровь, я вкратце пересказал друзьям, о чем мы с ней говорили.
 – Опять эльфы, значит… – вздохнул Баин.
Вернулась Нарив уже одетой. Вот теперь на нее можно смотреть так, чтобы сердце не пыталось пробить ребра и выскочить наружу. Хотя стройные ножки, пусть и покрытые кровью… И сама длина рубахи, доходившей до середины бедер, оставляла широкий простор для фантазии. Но так определенно лучше. По крайней мере, взгляд не прилипает сам собой к обнаженному телу женщины.
 – Ты лучше спроси – где мы оказались! – сказал Молин.
 – Нарив, что это за место? – я понял, что Молин прав. Просто потрепаться с женщиной, тем более – такой красивой, конечно, приятно, но ведь надо, в первую очередь, разузнать, что с нами все-таки произошло.
Нарив удивленно посмотрела на меня.
 – Я же сказала – здесь была…
 – Нет, – перебил я ее, – скажи, что это за земли!
 – Земли? – переспросила женщина, поправляя рубаху.
 – Ну, да! Я же тебе рассказал как нас перенесло сюда каким-то заклинанием. И с тех пор мы все тут ломаем головы, пытаясь понять куда нас вообще занесло.
 – Откуда же я знаю, где ваша страна? – Нарив