Наемник

входе в зал на меня навалилось какое-то необычное чувство приближающейся опасности. Это как в солнечный день услышать приближение грозы. Тучи еще не видно, и солнце ярко светит на небе, но гроза уже ощущается в воздухе. Ее запах надвигается медленно, но неумолимо. Передернув плечами, я направился в сторону милорда герцога, чтобы засвидетельствовать ему свое почтение.
Подходя к нему, я почувствовал, как ощущение тревоги начало усиливаться. Уже подойдя вплотную, я заметил, как один из гостей движется к нему, засунув руку в карман камзола. Стараясь не привлекать к себе внимания, я принялся следить за ним. В тот момент, когда он подошел на достаточно близкое расстояние, он резко вытащил руку, в которой блеснул тусклым светом непонятный предмет. Не задумываясь ни секунды, я шагнул вперед и закрыл спину герцога руками. Перед глазами сверкнула яркая вспышка, и весь мир потонул во тьме.
– Что удалось узнать?
– Немногое, – ответил Гордин. – Артефакт был работой древних мастеров, это точно. Я, конечно, не до конца уверен, но скорее всего, он использовался для перемещения…
– То есть как для перемещения? – вмешался Агазар. – Без стационарного портала? Это невозможно.
– Древние маги были гораздо могущественнее, чем мы. Они могли делать такое, о чем нам остается только мечтать. Те же самые порталы, созданные ими. Никто из современных магов даже не может понять, как они работают. Мы просто научились ими пользоваться, и все. Создать новые мы не способны. Как и…
– Думаю, сейчас это не столь важно, – прервал его герцог Красс. – Что еще нам удалось узнать?
– Да-да, конечно, – согласился Гордин. – Итак. О чем мы? Ах да. Про то, что нам удалось узнать. В общем, как я и говорил, скорее всего, его переместили. Вернее, он встал на пути артефакта, который должен был переместить вас… куда-то. Поэтому можно сказать, что убить вас, милорд, никто не пытался. К тому же при обыске я нашел у барона эри’Фартара амулет для контроля волколака. Он был поврежден, поэтому, скорее всего, он и не знал о том, что волколак мертв. Думаю, теперь можно точно сказать, что волколака прислал тоже он. Вот только все пошло не так, как он хотел, и оба раза виноват был Дарк.
– Да уж, – согласился герцог. – Бывает же такое. Два раза я и мои близкие были под ударом, и оба раза этот мальчик спасал нас. Что же теперь делать?
– Боюсь, что ничего мы сделать не сможем, ваша светлость, – произнес Гордин. – Принципы, по которым строятся порталы, никому не известны. Этот артефакт мог отправить его куда угодно. Остается только ждать.
– И что? Мы так и будем сидеть и ничего не делать? – взорвалась Кевира.
– Вы не слушаете, миледи, – прервал ее Силуэн. – Мы не «не хотим ничего делать», мы просто не можем ничего сделать. Кстати, а где Илиниэль?
– Она сидит в своей комнате. Я заходила к ней, но она сказала, что устала и хочет отдохнуть.
– Думаю, тебе тоже не мешало бы отдохнуть, – произнес герцог.
– Я не устала, – вскинулась Кевира.
– Иди отдохни, – произнес герцог с нажимом.
– Действительно, миледи, вам стоит отдохнуть, – подтвердил Гордин.
Агазар согласно покивал.
– Хорошо, – согласилась Кевира. – Но держите меня в курсе, пожалуйста.
– Конечно, – согласился герцог. – А теперь иди отдыхать.
После того как Кевира вышла, герцог обратился к оставшимся:
– Надо разослать во все города его описание и проследить, чтобы там все правильно поняли. Он не преступник, он – пропавший человек. Донесите это до всех. Я отправляюсь в столицу и постараюсь разобраться с тем, кто за всем этим стоит. Не думаю, что барон эри’Фартар действовал в одиночку. Слишком мелкая фигура, чтобы владеть такими артефактами.
– Я постараюсь помочь, чем смогу, – проговорил Силуэн. – Думаю, нам удастся найти его. Главное, чтобы с ним все было в порядке.
– Спасибо.
Собрание окончилось, и все начали расходиться.
– Гордин, – позвал его герцог, – а ты не мог бы отследить, куда его перенесли?
– Если бы я мог это сделать, – ответил тот, уже стоя в дверях, – я был бы архимагом, и скорее всего, этого бы даже не произошло.
«Ну почему так все получилось? Почему я не смогла ему сказать ничего? – Мысли текли вяло. Слезы душили. – Почему? Ведь он был так близко. А теперь он неизвестно где, и, вернется ли когда-нибудь, никто не знает. – Уткнувшись в подушку, я заплакала. Слезы текли и текли, и я ничего не могла с ними сделать. – Боги, пусть с ним все будет хорошо. Пусть я опять смогу его увидеть».

«Очень холодно, – пришла мне в голову первая мысль. Последнее, что осталось в памяти, – это вспышка света и потом провал. –