Наконец пришла любовь

бросила Маргарет. – Не оскорбляй мои умственные способности, Дункан. Расскажи мне правду.
Он молча уставился на нее. Она сложила руки на коленях.
– Я больше не скажу ни слова, – заверила она. – Продолжай.
– У Тернера нет титула, – сказал Дункан, – но он сказочно богат. Возможно, он самый богатый человек в Англии. По слухам, семейные деньги были заработаны на работорговле, а затем вложены в недвижимость и сверхнадежные инвестиционные проекты. Как многие мужчины, он хотел бы, чтобы его деньги унаследовал его сын. Вот почему он женился на Лоре.
Маргарет смотрела на свои руки, сложенные на коленях. Но Дункан не сомневался, что она слушает его. Он сделал глубокий вздох.
– Думаю, – пробормотал он, – Тернер вообще предпочитает мужчин.
Маргарет бросила на него острый взгляд, затем снова опустила глаза.
– А может, – сказал он, – проблема в чем-то другом. Как бы то ни было, он… оказался импотентом. Сколько он ни пытался в первый год их брака, он оставлял ее в постели в крайнем раздражении и некоторое время не подходил к ней близко. Но по прошествии первого года его досада стала проявляться более свирепо. Он обвинял ее в своем бессилии. И начал избивать.
Маргарет так крепко стиснула руки на коленях, что костяшки пальцев побелели.
– А затем, – продолжил Дункан, – спустя пару лет он избавился от своего камердинера и нанял другого – мужчину, который был настолько похож на него, что они могли сойти за близнецов. Я видел его однажды: наглый парень с понимающей улыбкой на губах. Он был незаконнорожденным братом Тернера и вызвал немалое оживление среди домочадцев, хотя Тернер не особенно демонстрировал его публике.
Маргарет закрыла рот руками, с ужасом глядя на него.
– Не хочешь же ты сказать, – потрясение произнесла она, – что миссис Тернер имела с ним любовную связь?
– Все было гораздо ужаснее, – сказал он. – Этот тип был введен в дом, чтобы Лора забеременела от него. Полагаю, ему за это неплохо заплатили. Это продолжалось шесть месяцев. Тернер следил за этим, точнее, наблюдал. А потом избивал ее, называя шлюхой и обвиняя в том, что она наслаждается этим. Но особенно свирепо он избивал ее в конце ее месячного цикла, когда выяснялось, что она не забеременела. Он сумасшедший, Мэгги.
Маргарет закрыла ладонями и рот, и глаза.
– Когда Лора наконец забеременела, – продолжил Дункан, – она скрывала этот факт целый месяц. Ей было легче терпеть побои, чем признаться в правде. В конце второго месяца она пришла ко мне – вечером, накануне моей свадьбы с Кэролайн. Она уже рассказывала мне об избиениях. Но об остальном она рассказала только в тот вечер. Я ни на секунду не усомнился в ее словах. Я видел того типа. Я увез ее и спрятал их обоих, ее и ребенка – Тоби, после того как он родился. Я прятал их до самой ее смерти. Я прятал бы его и дальше, выдавая за осиротевшего внука Харрисов, если бы ты не настояла, чтобы мы поступили иначе. Хотя в принципе я с тобой согласен. Нельзя вечно прятать ребенка. Я отец Тоби, Мэгги, а он мой ребенок. Так есть и так будет. Вот, теперь ты все знаешь, всю отвратительную грязную правду.
Маргарет раскачивалась в кресле, закрыв лицо руками.
– Тоби, – прошептала она наконец. – О, бедный Тоби. Но Эллиот прав. По закону ребенок принадлежит Тернеру. Он не развелся с ней. А даже если бы развелся, это ничего не меняет. Тоби был зачат, когда она еще жила с ним. Он может явиться сюда в любой момент и забрать Тоби.
– Только через мой труп, – тихо произнес Дункан.
Маргарет опустила руки и посмотрела на него. В ее лице не было ни кровинки. Даже ее губы побелели.
– Дункан, – сказала она, – прости меня. О, как пошло это звучит! Как ты можешь простить меня? Я даже не стала слушать твою версию этой истории. Я не доверяла тебе.
– У тебя были веские причины, – возразил он. – Вина в основном лежит на мне, Мэгги. Я не рассказал тебе правду, потому что обещал Лоре, что никто не узнает об отвратительных подробностях ее жизни с Тернером. И потому что я боялся.
– Что я не полюблю Тоби? – предположила она.
– Нет, – сказал он. – Я боялся, что ты попытаешься убедить меня сделать эту историю достоянием гласности. Но кто поверил бы ей? Кто поверит? Это будет слово Тернера против моего слова. И потом, Лора была замужем за ним до самой смерти. Даже если бы мне поверили, по закону Тоби принадлежит ему.
Маргарет молчала.
– Мэгги… – произнес он и замолк, откинув назад голову и закрыв глаза.
Маргарет вскочила на ноги, взяла его руки и прижала их к своим щекам.
– Нам надо все хорошенько обдумать, – сказала она. – Мы найдем способ спасти Тоби и оставить его здесь. О Боже, мы должны это сделать. Ты его отец, а я… его тетя Мэг. А тетки – очень упрямые создания.
Дункан отнял у нее свои руки и обнял