Наконец пришла любовь

предложил он. – У моего дяди впечатляющая коллекция старинных карт, которую он всегда держал в библиотеке, хотя я сомневаюсь, что она открыта для всеобщего обозрения сегодня.
– Что ж, давайте пойдем и посмотрим, – сказала мисс Хакстебл, взяв его под руку несколько крепче, чем обычно, и улыбнулась.

Внезапное затишье в заполненной гостями библиотеке, за которым последовал оживленный гул голосов, сообщили Дункану, что по крайней мере один из трех человек, которых он меньше всего хотел видеть, находится в этой самой комнате. Он неторопливо огляделся. И точно, на мягкой скамье у окна сидела Кэролайн, рядом с ней стоял Норман.
Дункан учтиво склонил голову в их сторону, а мисс Хакстебл поздоровалась с Коном, который был вместе с рыжеволосой красавицей.
– Маргарет! Шерри! – произнес Кон с чрезмерной сердечностью. – Вы знакомы с миссис Хантер? Пойдемте с нами в музыкальную комнату. Надеюсь, вы поможете мне убедить миссис Хантер спеть для всей компании. Мисс Хакстебл и граф Шерингфорд, Ингрид, – представил он их.
– Насколько я помню, у вас очаровательное контральто, миссис Хантер, – сказала мисс Хакстебл. – Я так надеюсь, что вы согласитесь спеть. Однако мы с лордом Шерингфордом только что провели полчаса в музыкальной комнате. И хотели бы перекусить.
В глазах миссис Хантер мелькнуло веселье.
– Я помню вас с прежних времен, лорд Шерингфорд, – сказала она. – Все юные девушки, дебютировавшие вместе со мной, включая, должна признаться, и меня, были готовы упасть в обморок от одного вашего взгляда. Увы, вы даже не подозревали о нашем существовании.
У нее был низкий музыкальный голос.
– Осмелюсь предположить, – сказал он, – что в то время я был глупее, чем сейчас, миссис Хантер. Мистер Хантер был явно намного мудрее.
– Бедный Оливер, – вздохнула она. – Он пережил нашу свадьбу менее чем на год, хотя спешу добавить, что между этими двумя событиями нет связи. Может, продолжим наш путь в музыкальную комнату, Кон?
Кон помедлил, бросив на кузину многозначительный взгляд, однако предложил вдове руку, и они проследовали дальше.
К ним решительно направлялся Норман. Дункан был прав в своем впечатлении о нем, сложившемся позапрошлым вечером. Он не изменился, если не считать раздавшейся талии и количества волос на голове. У него был все такой же высокий воротничок и все такой же важный вид. Правда, за эти пять лет он обзавелся двойным подбородком.
И он пылал праведным негодованием.
– Шерингфорд, – сказал он, подойдя достаточно близко, чтобы его было слышно. Хотя вокруг стоял гул голосов, Дункан готов был поспорить на свое состояние, если бы оно у него имелось, что каждый, кто находился в библиотеке, сможет завтра пересказать их разговор любому, кто не имел счастья прослушать его лично.
– Норм, – любезно отозвался он. – Могу ли я представить тебе мисс Хакстебл? Норман Пеннеторн, любовь моя. Мой кузен с отцовской стороны, как следует из его имени. Двоюродный кузен, если быть точным.
Норман коротко кивнул мисс Хакстебл.
– Как я понял, мадам, – сказал он, – моя дорогая жена нанесла вам визит позапрошлым утром, хотя я узнал о ее намерениях, когда было уже слишком поздно, иначе я никогда бы этого не допустил. Но я должен поаплодировать ее мужеству. Она пошла на этот столь тягостный для нее шаг исключительно из заботы о вашем счастье и добром имени. Вижу, ее усилия были напрасны. Вы пренебрегли ее предупреждением.
Дункан собрался ответить, но мисс Хакстебл его опередила.
– Вовсе нет, мистер Пеннеторн, – сказала она. – Я благодарна вашей жене за визит и очень внимательно ее выслушала. Но видите ли, у каждой истории есть две стороны, и было бы несправедливо выслушать только ее, не предоставив слова лорду Шерингфорду, особенно учитывая, что он оказал мне честь, предложив выйти за него замуж.
Она говорила тихо, но Дункан не сомневался, что среди присутствующих были такие, кто слышал каждое слово.
– И вы приняли предложение? – резко спросил Норман.
– Если бы я его приняла, – ответила она, – или если я его приму, вы сможете прочитать объявление об этом в утренних газетах на следующий день, сэр.
Кэролайн, заметил Дункан, осталась сидеть там, где сидела. Она выглядела бледной и интересной, окруженная стайкой дам, которые похлопывали ее по спине и коленям, обмахивали платочками и подносили к ее носу флакончики с нюхательной солью.
Норман переключил внимание с мисс Хакстебл на него.
– А ты, Шерингфорд, – сказал он, набрав в грудь воздух, – лучше со временем не стал. Все так же пренебрегаешь правилами приличия, как и раньше. У тебя даже не хватило порядочности держаться подальше от моей дорогой жены