Дорога до нового дома оказалась для Жоры Волынского терновой тропой. Еле-еле выкарабкавшись после тяжелого ранения, он упорно стремится навстречу своей мечте: пусть в Новом Мире, пусть на другой планете, но жить среди русских людей с любимой женщиной. Но до этого надо еще проскакать полконтинента наперегонки со смертью.
Авторы: Старицкий Дмитрий
а Таня со мной осталась и спать мне долго не давала.
Новая Земля. Протекторат Русской армии.
Поселок Береговой.
22 год, 35 число 6 месяца, вторник, 9:11.
Таня проснулась раньше меня и успела не только сама собраться и мне чистую одежду приготовить, но и винтовку свою вычистить-смазать. Ждала, пока я проснусь, и начищала свой наган-укорот.
«Не забыть еще девочкам по ящику нагановских патронов отдать», — поставил я «зарубку» на мозг.
Ночевали мы в одноэтажном отельчике барачного типа, поделенного перегородками на комнатки-пеналы, почти чуланчики. Унитазная в одном конце коридора, душевая — в другом. Чувствовалась приложенная к проекту европейская рука, помноженная на традиции родного гостиничного бизнеса, которому только волю дай — они любое место отдыха в тюрьму превратят. Оттого, наверное, у этой гостиницы даже названия нет. Как и вывески. Нам на него вчера просто пальцем показали.
Вот и пришлось выкупать три одиночных номера и ютиться нам с Бисянкой вдвоем на узенькой койке. Благо Таня — девушка некрупная. Право слово, мы с большим комфортом могли бы в автобусе переночевать.
Завтракали в простенькой кафешке напротив отельчика, рассчитанной на транзитного пассажира, с дежурным набором блюд. Не скажу, что с радужным настроением, поминутно тоскливо переглядываясь с Таней.
Только Дюля вся была в каком-то остром предвкушении новизны.
Ночью я предложил Тане вернуться в Виго. Типа ну ее эту армию. Но Бисянка оказалась правильной девочкой — положено, значит, надо отслужить. Гражданский долг и все такое. Я, который все долги такого типа давно раздал, даже не понял сначала: о чем это она?
А ее интересовало только одно: буду ли я ее из армии ждать? Получив ожидаемое заверение, сама поклялась хранить мне верность в этом «мужском монастыре». Целый год!
Вот и пойми этих женщин. Я лично отказываюсь. Другая у них психология. Да что там психология, у них и физиология совсем другая. Я уже не говорю за анатомию.
Новая Земля. Протекторат Русской армии.
Дорога Береговой — Демидовск.
22 год, 35 число 6 месяца, вторник, 11:50.
И вот все обнято, все сказано, все обещано, все выплакано.
Осталось только поцеловать девчат на прощание и посмотреть, как лихо пылит «лапландер», увозя от меня Бисянку в сторону военного городка морпехов.
Остался я один.
А что делать? Родина велела. «Дан приказ: ему — на запад, ей — в другую сторону». Хоть татуировку коли: «Нет в жизни щастя».
Так что в Демидовск уехал я на пустом автобусе. Попутчиком напросился в колонну к трем грузовикам КрАЗам, которые что-то нужное из порта везли для тамошних заводов, закутав кузова брезентом.
На первой же санитарной остановке я троих парней-перегонщиков к себе в автобус посадил — нечего им в кабинах по трое тесниться. Не ближний свет.
Вот негаданные пассажиры и навели меня на мысль, что «путанабус» неплохо бы пустить как рейсовый «люкс» межгородом.
— А сколько вам не жалко было бы заплатить за такой рейс? — спросил я работяг в лоб.
— Дык, это… — замялись они. — Сто-стописят экю. Как с куста.
А тот, кто кофе себе мараковал в хвосте автобуса, торопливо добавил извиняющимся тоном:
— Тока мы расплатимся в Демидовске, лады?
Все беды в мире оттого, что люди по-разному понимают одни и те же слова.
— Вы чё, мужики, это я так, на будущее спросил — прицениться. Сегодня я вас бесплатно отвезу. За компанию. Все одно мне по дороге соляру жечь.
— Тогда с нас спотыкач на месте, — обрадовались они. — И ночевка тебе.
Новая Земля. Протекторат Русской армии.
Пригород Демидовска. Поселок Наха1ловка.
22 год, 9 число 7 месяца, вторник, 19:00.
Сидел я во дворе, пока светло, и терзал полукруглой стамеской бальсовую доску, ну не бальсовую, а что-то местное типа бальсы — очень легкое дерево, прочное и режется легко, как липа. Оформлял рекламу типографии Линдеров на свой автобус во всю длину багажника на крыше. Обещания надо выполнять.
Строгал деревяшку и тепло вспоминал, как Бисянка прикатила ко мне на побывку на «лапландере». Три дня отпуска им дали после присяги.
Куда Дюля умотала отдыхать, я даже спрашивать не стал — не до того.
Переночевала ладушка со мной две ночки, одарила теплом и любовью, навела порядок на кухне да и укатила обратно на поезде, вольвовский джип оставив
