Наперегонки со смертью

если вам предложат пойти на гражданскую государственную службу.
— Скажу, что при такой постановке вопроса протекторат теряет налогоплательщика и приобретаете лишнего нахлебника на бюджет. Меня не прельстили майорские погоны. Вряд ли меня прельстит быть седьмым подползающим в вашем госдепартаменте. Старого кобеля не посадить на цепь.
— По сравнению со мной ты щенок! — впервые повысил голос протектор.
О, достало его. Нормально. Есть контакт!
— Не отрицаю. Поэтому у нас с вами эстетический конфликт поколений. В такой атмосфере, — я обвел рукой обстановку кабинета протектора, — отказывается работать мое эстетическое чувство. А если отказывается работать мое эстетическое чувство, то какой с меня вообще работник?
— А автобус водить не отказывается ваше эстетическое чувство, — съехидничал старик.
— Нет, — улыбнулся я как можно шире, — автобус у меня красивый и классный. Люкс! Другого такого нет на всей Новой Земле.
— Поэтому у вас такие дорогие билеты? — постарался меня прищучить вождь.
— Билеты как билеты, — огрызнулся. — Цена соответствует качеству оказанных услуг. Никто пока не жаловался на сервис. Наоборот — отбою от пассажиров нет. К тому же в автобусе я САМ СЕБЕ ХОЗЯИН. И никого пока не эксплуатирую — это так, чтобы предварить ваш следующий вопрос.
Старик покачал головой, не понять — то ли с осуждением, то ли с одобрением.
— И на этой работе я хотя бы один-два раза в неделю вижусь с женой в Береговом, — добавил я аргументов.
— Жаль, что у нас не получилось разговора, — посетовал Аверьянов.
— А вы бы направили мне письменное приглашение, вместо того чтобы посылать своих мордоворотов меня арестовывать, может, разговор бы и получился.
Опять не извиняется. Симптом!
— Мы навели о вас справки за «ленточкой» и нам ответили, что вы очень хороший переговорщик. Жесткий и эффективный. Эта специальность сейчас У НАС очень востребована. Тем более для человека, окончившего по этой специальности бизнес-школу в Кембридже и знающего европейский и американский менталитет. К тому же вы хорошо разбираетесь в экономике и политике. И этот… Гений public relations, — последнюю фразу он подсмотрел у себя в шпаргалке, которую держал в ладони.
— Ну надо же, а как же хваленый «второй шанс» на новую жизнь, обещанный Орденом? Без фиксации прошлой жизни. Без кровавой гебни и жадных чиновников. — Невольно я рассмеялся, а потом запустил пробный шар для разрыва шаблона: — Какова компенсация?
— Две тысячи экю в месяц, — моментально ответил протектор.
— Спасибо. — Я театрально поклонился. — Это просто благотворительность с вашей стороны. Я на автобусе больше зарабатываю без такой головной боли, какую я заимею на вашей работе. Тем более что не каждый день у меня рейс.
— Сколько вы зарабатывали на Старой Земле? — в упор спросил старик.
— Вам официальную или реальную цифру назвать?
— Реальную. — В его голосе послышался металл.
— Четыре тысячи евро в месяц оклад. И бонусы по итогам каждого проекта и итогам года. В прошлом году у меня вышло чуть больше ста тысяч евро. До вычета налогов. Это без левых заработков. Да и год был не лучший.
— Где-то сорок пять тысяч экю за год, — прикинул мой собеседник в уме. — Правильно?
— Примерно так, — согласился я с ним.
— Пять тысяч экю в месяц. Наш месяц. — Он слегка задумался и неожиданно выдал: — Есть мнение, что мы могли бы пойти на такие траты, если ваш талант ЗДЕСЬ окажется столь же эффективным, как нам расписали ТАМ.
— Покупаете?
— Покупаю, — согласился он и добавил ложку дегтя: — Но два месяца испытательного срока с окладом в тысячу экю.
— Должность?
— Для начала — моего референта, — и смотрит на мою реакцию.
Теперь у меня разрыв шаблона. Такие предложения не каждый день делаются человеку «с улицы». Стать референтом у несменяемого небожителя… Долго он, конечно, не протянет, но связей я за это время нагребу — мама не горюй; если, конечно, меня не пристрелят сразу же после того, как этот дедок ласты склеит. На свежие кадры бросается только тот руководитель, у кого старая команда забурела. Да и подвигаться она не захочет, чтобы впустить в свой теплый круг любимого меня. К промывочному тазику на золотоносную жилу госбюджета.
Даже если я и отхожу от государственных дел сразу после смерти Аверьяна, то и тогда все мимо кассы: крупный бизнес в протекторате весь у государства. А мелким я и сейчас занимаюсь успешно. Менять шило на мыло…
Что-то я стал походить на того негра из анекдота, который курит под пальмой окурок сигары…
Видимо, Аверьянов заметил сомнения на моем лице. Совсем я мордой торговать разучился тут. И он добавил весомо:
— А если все получится,