Дорога до нового дома оказалась для Жоры Волынского терновой тропой. Еле-еле выкарабкавшись после тяжелого ранения, он упорно стремится навстречу своей мечте: пусть в Новом Мире, пусть на другой планете, но жить среди русских людей с любимой женщиной. Но до этого надо еще проскакать полконтинента наперегонки со смертью.
Авторы: Старицкий Дмитрий
для меня на Новой земле — выспался. И никто спать не мешал. А выехали практически с рассветом.
Вокруг пейзаж — как будто никуда и не уезжали. «Степь да степь кругом». Хоть «Ямщика» пой. Однако песенное настроение девиц моих покинуло. Может, ревнуют меня к Охеде, с которой я сидушку автобусную делю? Как бы не зарезали девушку ненароком. Шутка!
Обедали в степи на небольшой возвышенности, позволяющей просматривать подходы на десяток километров вокруг. На специально обустроенной площадке, оборудованной, судя по виду, не одним поколением конвойщиков. По крайней мере собранных дров тут на пять таких, как наш, конвоев хватит. Кто-то же подкладывает эти деревяшки сюда, раз мы этим совсем не озаботились (везем с собой только пяток «таежных керогазов»), Вокруг же голая степь, разве что колючий кустарник есть, который также сгребли и уложили на опасных направлениях вероятной атаки.
И жара тут сильнее, чем у моря, хотя здесь намного севернее.
Скучную нашу поездку ничто не прерывает. Пару раз засекали каких-то наблюдателей на высотах, но все на расстоянии, запредельном даже для пушки лэрдова броневика. Он как раз попробовал такого наблюдателя снести. Фигушки.
С Охедой по-прежнему разговоры ведем. Без сексуального подтекста. Этим-то и отличается взрослая, зрелая женщина от малолеток — всех подряд вокруг не кадрит «на всякий случай», часто только для того, чтобы просто коготки своих женских чар попробовать «и на таком еще перце». Взрослая если и кадрит кого, то целенаправленно — уложить в койку, а не «как там потом покажет».
А у меня — траур.
Вот и общаемся чисто по-человечески.
А вот и обед поспел. Анфиса половником по крышке котла стучит.
Новая Земля. Автономная территория Невада и Аризона.
Южная дорога по направлению к Нью-Рино.
22 год, 15 число 6 месяца, среда 24:06.
Во второй форт-заправку на этой дороге также прибыли быстрее всех, хотя главестонский конвой и ушел раньше нас. Но мы его по дороге обогнали.
Но здесь гостиница была больше. И вообще их здесь было две. Так что не поругались.
Вероника сразу пошла выкликивать среди местных страждущих и больных, чтобы не растягивать это удовольствие до полуночи.
А у нас все та же программа — треп ради трепа и пиво. На этот раз еще и танцы.
И меня танцевать вытащили, несмотря на все мои уверения о трауре.
— Мы станцуем медленно и печально, — заявила Дюлекан.
Потом все по очереди — на медленные танцы.
Даже Охеда, когда освободилась от пациентов, потанцевала со мной.
Спал опять один. В отдельном номере. Никто в дверь не скребся.
Засыпая, понял, почему жители фортов-заправок так на нас кидаются. В наших развлечениях водители-дальнобойщики участия не принимали. Те, поев, сразу спать завалились. Что сами, что их конвой.
Новая Земля. Автономная территория Невада и Аризона.
Окрестности города Нью-Рино.
22 год, 16 число 6 месяца, четверг, 11:09.
Окрестности Нью-Рино показались в сизой дымке задолго до обеда. Что порадовало. В фортах-заправках кормят, прямо скажу, не очень. Монополия! А монополия всегда снижает качество, особенно в сфере обслуживания. Простейший пример: у меня в староземельной Москве было два табачных киоска около дома. Причем один — круглосуточный. И цены держались чуть ниже, чем дальше по Кутузовскому проспекту, не говоря уже о Киевском вокзале. Потом круглосуточный киоск снесли. И в оставшемся киоске тут же поднялись цены, и незаметно, но неуклонно стал сокращаться ассортимент. Так-то вот.
А от завтрака в последнем форте даже легкая изжога появилась.
Так что понятно, почему тут без особой надобности народ по этой Новой Земле не бегает. Накладно по деньгам, да и для здоровья вредно.
С пригорка стало видно город за мостом через реку Мормонскую — как написано на карте. Мост капитальный. Хоть и деревянный, но на каменных «быках».
Перед мостом, перекрывая движение, большая куча людей валяла в перьях человека, предварительно раздетого догола и вымазанного дегтем. А обваляв, погнала его пинками прочь от города по дороге. В местных условиях это верная смерть, только отложенная во времени.
«Пернатый» это также хорошо понимал, потому что, отбежав от своих преследователей метров пятьдесят, встал на колени прямо в дорожной пыли и жалостно завыл.
Нам его даже объезжать пришлось. Самое интересное было в том, что потерпевший к нам за помощью не взывал совсем.
