Кто из нас ни разу не слышал, что великих людей не существует, что подвиги, в сущности, не такие уж и подвиги — потому что совершаются из страха либо шкурного расчета? Что нет отваги и мужества, благородства и самоотверженности? Мы подумали и решили противопоставить слову слово. И попытаться собрать отряд единомышленников.
Авторы: Ник Перумов, Камша Вера Викторовна, Раткевич Сергей, Дмитрий Дзыговбродский, Непочатова Кира, Раткевич Элеонора Генриховна, Задунайский Вук, Березин Владимир Сергеевич, Жуков Дмитрий Александрович, Павлова Александра Юрьевна, Максимов Юрий Валерьевич, Микаэлян Мария, Гридин Алексей Владимирович, Журенко Павел, Рой Дмитрий, Белильщикова Елена, Котов Сергей, Коломиец Николай, Степовой Максим
Клара снова улыбнулась мимолетной улыбкой, и Жанна вспыхнула от смущения, поняв, что привыкает говорить, как Клара Доннерветтер.
— Тогда оставайся у нас, — просто сказала старушка. — Здесь, на Рубеже.
— Но ведь… — удивленно возразила девушка. — Я же пришла к вам с оружием, а вы сами говорили: на Рубеж с оружием нельзя.
— С каким таким оружием? — хитро прищурившись, спросил Элджернон, между прочим, лично вытащивший кинжал Жанны из-под стола. — Я ничего не видел. А ты, мам?
Клара помотала головой.
— Мария-Роза?
— Ничего не знаю. Какое еще оружие?
— Па?
Тут Элджернон осекся, вспомнив, что деда Авессалома с ними больше нет.
Все замолчали.
— Да все понятно, на самом деле, — махнула наконец рукой Клара. — Оставайся. Ты теперь знаешь, каково это — жить на Рубеже. Ты теперь наша. Опять же, Элджернону жениться пора, глядишь, понравитесь друг другу, что-нибудь да выйдет. Детишки пойдут.
Клара мечтательно посмотрела в синее вечернее небо и добавила:
— Внуки там всякие…
— Ну как вы не понимаете! — с жаром выкрикнула Жанна. — Вы ведь герои! Вы стоите на Рубеже, между Светом и Тьмой, и сражаетесь. А я — так, приблуда, о которой вы ничего-то и не знаете толком.
— Но сегодня утром мы были вместе, и ты была с нами, — строго возразила Мария-Роза.
А ее брат отмахнулся и просто сказал:
— Да какие мы герои? Героев не зовут Элджернонами и Авессаломами. И нас мало волнуют Свет и Тьма, ведь их вовсе нет в людях. В людях есть лишь добро и зло, а все остальное придумано, чтобы запутать и сбить с толку. Главное — любить и доверять, поддерживать друг друга. Ну, вот как мы. И как ты сегодня помогла нам. Это и есть настоящая свобода. И когда ты стоишь на Рубеже, то ощущаешь это лучше других.
— Тогда… Можно, я подумаю?
— Можно, — благосклонно кивнули все трое оставшихся членов семейства Доннерветтеров.
— В любом случае, это будет твой выбор, — добавил Элджернон. — Ты ведь — свободный человек.
Но про себя он подумал, что не стал бы возражать, если Жанна решит остаться.
И только к следующему полудню дошли до долины Грап, где стояло варварское войско. Эльгар Небесный Дракон велел атаковать неприятеля, не дожидаясь отставшей конницы во главе со стратегом-минором Агоном. Позднее Оберт Лигосский написал в своем труде «Белый Дракон, день за днем», что Эльгар проявил горячность, свойственную возрасту. Но сие вызывает сомнения. Не стремился ли обелить себя знаменитый историк, который находился в то время советником при стратеге Эльгаре?
Знамя империи было поднято, что означало сигнал к наступлению. Солдаты же устали, мучились жаждой и исполняли приказы неохотно. Варвары, завидев смятение в драконидских рядах, подняли вой и крики. Чтобы подбодрить уставшее войско, Эльгар приказал бить мечами по щитам. Карагонцы устрашились и, поскольку уступали в численности, захотели вести переговоры о мире. Их конница во главе с царем Вигемартэ еще не подошла, и они надеялись затянуть переговоры, чтобы дождаться подмоги.
Эльгар Небесный Дракон согласился выслушать послов, но коварные карагонцы выставили от себя некоего Миталу, простого воина. Стратег отказался с ним говорить и потребовал прислать кого-нибудь знатного рода. Известно каждому: Дракон говорит только с равным, прочих пожирает без слов. Тогда варвары, будто в насмешку, прислали от себя женщину Алу, сказав, что она — дочь царя Вигемартэ. Эльгар не поверил лживым словам, но сказал: «То, что само идет к Дракону, ему принадлежит». Когда ее спросили, женщина призналась, что она не царевна, а обычная танцовщица.
И в тот час из-за горы показалась варварская конница и набросилась с дикой яростью на правое крыло, убивая почти без преград изможденных жарой пехотинцев. Их атака была так внезапна, что войско смешалось, в тесноте солдаты поражали своих товарищей, пытаясь воздеть меч на врага. А варварское пешее войско бросилось вперед, страшно крича и выпуская тучи стрел.
Увидев такое, стратег приказал трубить в трубы, чтобы призвать на помощь отставшую конницу Агона. Но не успели трубачи затрубить, как Ала, стоявшая у шатра стратега, ударила его кинжалом в горло. Эльгар Небесный Дракон умер на месте. Узрев это, солдаты пали духом.
Ромрик из рода Синего Дракона, охранник павшего стратега, подхватил его жезл и венец и поспешил скрыться с поля боя, надеясь
