Кто из нас ни разу не слышал, что великих людей не существует, что подвиги, в сущности, не такие уж и подвиги — потому что совершаются из страха либо шкурного расчета? Что нет отваги и мужества, благородства и самоотверженности? Мы подумали и решили противопоставить слову слово. И попытаться собрать отряд единомышленников.
Авторы: Ник Перумов, Камша Вера Викторовна, Раткевич Сергей, Дмитрий Дзыговбродский, Непочатова Кира, Раткевич Элеонора Генриховна, Задунайский Вук, Березин Владимир Сергеевич, Жуков Дмитрий Александрович, Павлова Александра Юрьевна, Максимов Юрий Валерьевич, Микаэлян Мария, Гридин Алексей Владимирович, Журенко Павел, Рой Дмитрий, Белильщикова Елена, Котов Сергей, Коломиец Николай, Степовой Максим
на провал.
Сзади послышались легкие, почти неслышные шаги. Найвин и не оборачиваясь мог узнать этого человека, ближайшего помощника и лучшего друга.
— Лэт, ты пришел мне что-то сообщить?
— Нет, разведчик еще не вернулся, если ты об этом.
— Он обещал вернуться на восходе. Если его схватили…
— Сомневаюсь, Найвин, в своем деле он лучший. Если потребуется, его не смогут обнаружить даже они. Какие бы обстоятельства ни заставили его задержаться, я уверен, он скоро будет.
Лэт едва успел закончить фразу, когда невдалеке от них раздался тихий голос:
— Приятно слышать.
Обернувшись, они увидели появившегося из-за деревьев человека. Это был парень лет двадцати пяти. Он шел настолько плавно и бесшумно, что, казалось, не касался земли. Но уже через мгновение плавность исчезла, походка обрела твердость и упругость, послышался звук шагов, шорох приминаемой травы и тихий треск попадающихся под ноги веточек. Теперь он шел не скрываясь.
— Ты действительно лучший, — произнес Найвин, оценивающе оглядывая подходящего разведчика. — Я рад, что у нас есть такой боец.
— Спасибо, командир, но, думаю, сейчас нам это не поможет.
— Значит, у тебя есть что нам сообщить? Идем в дом.
Возвращения разведчика в комнате ждали еще четверо воинов. Найвин собрал на совет самых опытных и бывалых. При появлении разведчика все четверо без слов повернулись к нему. Тот, ничуть не смутившись, уселся за стол. Сам Найвин расположился на подоконнике и коротко бросил:
— Рассказывай.
Спасти их могло только чудо, случайность. И есть ли смысл на это надеяться, зависело от того, что они сейчас услышат.
Парень чуть помолчал, видимо, собираясь с мыслями, и начал:
— Все так, как мы и ожидали. Лишь немногим хуже. На нас идет, по их меркам, небольшое войско, — он с кривой улыбкой обвел взглядом присутствующих, — в нем всего-навсего около тысячи человек.
Как я понял, западнее нас никого не осталось, все уничтожены. В некоторых местах захватчиков встречали армии, в несколько раз превосходящие числом, — он коротко вздохнул, — но и они разбиты без особых затруднений и потерь. Кстати, сильных различий в количестве противника не делается — то войско, что идет на нас, также могло бы пойти и против четырех, и против пяти тысяч. Возможно, были бы чуть большие потери, но и только, результат бы не изменился. Захваченные земли очищаются полностью. В живых не оставляют никого, поселения и города, если могут, сжигают и ровняют с землей, если не могут — просто освобождают от жителей.
Найвин слушал и чувствовал, как в нем все сильнее и сильнее растет раздражение. То, как говорил этот парень, ничего другого и не могло вызывать, разве что еще и злость. Мог бы подбирать слова и помягче, хоть сути это и не меняло. Как будто не в его родной стране «очищаются земли», как будто не его дом будут «ровнять с землей», словно не от его родных и близких будут «освобождать» город.
Разведчик же продолжал, смотря на стол перед собой:
— Я провел у них в лагере несколько часов. На первый взгляд они ничем не отличаются от людей, что бы про них ни говорили. А вот выучка и дисциплина у них превосходная. Я видел, как они тренируются. Раньше мне казалось, что такая скорость и сила невозможны для человека. За некоторыми движениями просто невозможно уследить взглядом. Неудивительно, что для них неважна численность противников.
— Когда они собираются напасть? — спросил Лэт.
— Завтра утром.
— Твари! — в сердцах грохнул кулаком по столу Дестон, сидевший напротив разведчика. — Нам бы только один бой выиграть, один бой! Это единственное, что может нас спасти, так же, Найв? Как там у них говорилось?..
— Так, — вздохнул Найвин и устало процитировал часть Объявления Войны: — «…мы не убийцы, мы уважаем силу, смелость, самоотверженность — тот город, что окажет нам достойное сопротивление и одержит победу в битве с нападающими, больше не будет атакован. Напротив, городу и его жителям гарантируются уважение и все гражданские права в новой Империи…»
— «Не убийцы»! — На этот раз Дестон даже плюнул на пол со злости. — Еще никто не смог их победить!
— У нас есть какие-нибудь шансы? — быстро спросил Лэт.
Найвин лишь промолчал, а вот разведчик не удержался:
— Вопрос риторический? — уточнил он, усмехнувшись. Поднял голову, взглянул на Лэта и добавил: — Естественно, шансов нет.
Затем он повернулся к Найвину. Они встретились взглядами, и раздражение схлынуло. Все он прекрасно понимал. Там, в лагере врага, скользя неслышной тенью, ловя обрывки разговоров, подсматривая за тренировками воинов, разведчик лучше их всех видел, с чем им предстоит столкнуться. Видел,
