А я был уже на месте и мои сто солдат големов, только ждали когда последний из поисковиков пройдет их защитную линию. Затем сомкнулись и пошли навстречу егерьской роте, сверкая секирами и мечами. А мои цергулы напали на магистров и в течении десяти минут порвали их на мелкие кусочки. Ниакакя магия им не помогла. Мои големы-цергулы, как раз были заточены на борьбу с архимагами.
Что им какие-то магистры. Мои наконец-то добрались до меня
— Все здесь? — громко крикнул я.
— Все тута — за всех сказал Горх.
— Тогда залезайте на плот и полетели — и я сделав портал прыгнул по привычке к Дангорну, предварительно забрав всех уцелевших големов. Все-таки они у меня получались на порядок сильнее, чем у мага-артефактора Норда. Может потому-что манны у меня дофига и я на них не жалею?
Моя огромная гравиплатформа вынырнула из портала вблизи Дангорна. В этот раз я даже не стал ее маскировать тонкими стволами деревьев под воздушный плот. Достал из пространственного кармана, среднюю антигравитационную платформу размером шесть на двенадцать метров, чтобы все поместились на ней. Ведь до того, как мои начали штурмовать ворота, я одновременно с ними начал свою операцию, по отвлечению и освобождению остатков отряда Борана, они же не виноваты, что познакомились со мной в тот злосчастный выброс, мои андроиды и штурмовые дроиды во главе со мной штурмовали местную тюрьму, где держали команду несчастных искателей удачи.
Я приказал перебить всю охрану, не оставлять никого в живых. Мои глиняные големы-цергулы, собранные мной буквально на коленке с голубыми кристаллами манны, порвали всю магическую охрану тюрьмы как тузик грелку, одного магистра и трех мастеров-магов. Освобождая пленных из магических решеток, я не жалел своей манны, а буквально выплавлял в них дыры, сквозь которые пролезали люди и убегали в ночь. Я всех освобожденных отправлял через южные ворота и давал им светящийся пропуск для моих големов, где моя команда перебила всю охрану и на охране ворот сейчас стояли мои десять глиняных големов-солдат, по моему приказу оставленные Лилит. Пусть знают сволочи архимаги, что я никому не позволю мной помыкать и безнаказанно убивать людей, единственная вина которых это знакомство со мной.
Из команды Борана, из четырнадцати человек, в живых осталось только трое, пухлый розовощекий повар-маг и две девушки. И то они были в таком плачевном состоянии, что даже я видавший всего, просто ужаснулся. Сволочи за что они их так? У Парха, всегда жизнерадостного и весельчака, даже лицо стало землистого цвета. А бедные девчонки все подверглись насилию и сейчас еле стояли на ногах. На мой вопрос, где же остальные из команды? Дольра, одна из спасенных девушек, только заплакала и хрипло прошептала
— Нету никого, всех запытали! А Пала и Сима умерли вчера. После того как их принесли из солдатской казармы.
Мои андроиды бережно их загрузили на платформу, потом всех помещу в регенерационную капсулу, когда прилетим в Дангорн. Мне летающий дрон сверху показал картину, что к тюрьме стягиваются примерно до трех отрядов с разных сторон, в каждом примерно до тридцати человек и каждый отряд сопровождал маг. Я выпустил из кармана моих дроидов и андроидов, вооруженных магическим оружием и приказал всех уничтожить, а тюрьму заминировал и поставил таймер на час, затем собрав своих големов и роботов, нырнул в портал дожидаться своих в лесу.
Яркая вспышка озарила маленький городок, когда мы уже загрузившись на платформу нырнули в серебристый провал перехода. Это сработала моя заложенная мина, мой привет королю Эльхорнии за его жестокость. А люди, сейчас стоящие на гравиплатформе были буквально ошарашены и удивлены всеми событиями, что с ними случились. И когда я всех выгрузил на площадку в нашей спасительной башне, все обрадовались. Хмурым было только лицо нашего огневика Колроя. Ведь мои ни слова не говоря выдернули его вместе с женой и двумя маленькими детьми внезапно, посреди ночи из дома, фактически не дав им даже собраться, оставив только с тем, что на них одето.
Ничего, еще спасибо скажет, как только узнает от чего его спасли. Разве можно так жестоко и бесчеловечно поступать со своими согражданами, такого я не понимаю и понимать не хочу. Надо здесь менять порядки, зажралась местная аристократия что-то. Да, такая толпа получилась, даже прихватили Зарину с Петрой из «Искателя», маму и сестру Кайры и Гриндиса. Петра, хоть и старше ее непоседы Кайры, осталась в гостинице со своей мамой. Для похода та была слишком мягкой и нежной, в отличии от ее оторвы младшей сестренки. Сейчас же все женщины сгрудились наверху и поеживались от прохладного ветра, дующего
