Самый достоверный и убедительный роман о ядерной войне СССР против НАТО. Но это не набившая оскомину постапокалиптика о выживании после атомного армагеддона, а грандиозная батальная эпопея в духе прославленного советского фильма «Освобождение». Впервые в российской литературе вы увидите боевые действия с применением тактического ядерного оружия глазами советских танкистов, летчиков, ракетчиков, десантников, морпехов, бойцов спецназа, которые громят НАТО, форсируют Ла-Манш, стоят насмерть на Кубе и наносят ответные ядерные удары по США! Но можно ли выжить и победить в атомной войне? Можно, если это будет ядерный блицкриг!
Авторы: Морозов Владислав (Прокопчик
с предельно малой высоты, накануне перед рассветом. Поскольку пролет границы совпал с уже начавшимися авианалетами и постоянными вылетами советской фронтовой авиации, никто, похоже, не обратил внимания на прошедшие на бреющем «Ми-8».
За несколько прошедших с момента десантирования часов взвод уничтожил мобильную РЛС, а также несколько автомашин, бензовозов и патрулей, принадлежавших бундесверу, отделавшись всего двумя легко раненными. Затем Тарасов связался со штабом и получил по радио кодированное распоряжение – выходить в район Фердена, где они должны были временно поступить под командование ожидавшего их там офицера ГРУ, который назовет пароль. До указанного района было довольно далеко, и, как ни торопил Тарасов своих орлов, к назначенному часу они все же опоздали. А назвавший пароль офицер к тому же оказался молодой и довольно симпатичной девкой…
– Ну и что там? – спросил отряхивающую испачканные древесной корой джинсы девушку Тарасов, вооруженный, как и весь его взвод, винтовкой «G3» и усиленно изображавший немца. Правда, как он уже успел понять, немцев они изображали все-таки не очень убедительно.
– Отъехали две санитарные машины и три джипа. Остальные на месте, – ответила Смыслова.
– И что дальше, командир? – спросил Тарасов. Как его, офицера, прошедшего Афган, внутренне ни коробило при этих словах, но ему приходилось постоянно называть эту красотку именно так – «командир». Поскольку она была старше его по званию, знала «страну пребывания» от и до. А к тому же это его взвод был временно подчинен ее группе для усиления, а не наоборот.
– Да ничего, – ответила Смыслова, меняя магазин в своем «узи» и передвигая автомат с плеча за спину. – Правда, как я сумела рассмотреть, на одном из джипов уехал какой-то американский полкан со свитой, но для нас это ровным счетом ничего не меняет, поскольку в нашем задании он вообще не фигурировал. Нас по-прежнему интересуют вон те, на дороге.
– И что делаем, командир?
– Что-что, по нашему плану, лейтенант…
Вообще, откровенно говоря, диверсантка Смыслова сейчас была просто вне себя, но старалась не показать это окружающим.
Она так и не поняла, почему ее законный немецкий муж (по легенде), напарник и командир капитан Ермолин полез на эту дорогу, даже не попытавшись организовать взаимодействие и скоординировать усилия.
Подсознательно Ольга понимала, что отчасти она виновата сама и злиться ей надо прежде всего на себя. Да, капитан послал ее группу навстречу десантникам. И она немного опоздала, но только потому, что опоздало это чертово подкрепление, а она их терпеливо ждала. Хотя чего ожидать от парашютистов, которые сегодня были в реальном бою первый раз в жизни? Исключением был только командир взвода Тарасов, да и тот никаких чудес смекалки не проявлял. Например, Смыслова так и не поняла, почему десантники не захватили пару-тройку машин (патрулей на дорогах сейчас практически не было, и гражданский транспорт никто не останавливал и не проверял), а вместо этого разминались бегом по пересеченной местности, выдвигаясь на встречу с ней пешим порядком?
Хотя, с другой стороны, ей было ясно, что это, в общем-то, фронтовая разведка, которую готовили несколько для другого и по-иному, чем ее саму и ее людей. Так или иначе, но они все немного опоздали.
А на войне это самое «немного» порой стоит очень дорого. Они не прибыли в назначенное время, и это многое изменило. Ермолин почему-то не стал ждать и сунулся на дорогу один. Зачем он это сделал, Ольга тоже не могла понять. Торопиться ему было совершенно некуда, по идее, можно было ждать хоть до вечера. Хотя один резон в действиях Ермолина все-таки был – накануне им приказали атаковать максимально возможное количество объектов за минимально возможный срок. Это было вполне понятное стремление честного служаки, но даже донельзя крутая резидентура ГРУ не может быть одновременно в нескольких местах.
В общем, в итоге капитан и шесть человек из его группы погибли, выполнив часть боевой задачи, но нарвавшись на слишком большое количество вооруженных солдат противника. Правда, прихватив при этом себе в попутчики на тот свет, как минимум, вдвое большее количество натовских вояк и сильно облегчив боевую задачу Смысловой и ее людям.
Война, конечно, не бывает без потерь, но все-таки Ермолин со своими головорезами мог бы сделать еще очень много. И вот на тебе – погиб в первый день войны…
Вообще, это скопление техники у развилки дорог можно было и оставить в покое. Но, с одной стороны, месть за товарищей становилась для Ольги и ее людей принципиальным моментом. К тому же были уничтожены не все пусковые установки «Чапарелов» и на дороге осталась пара трейлеров с ракетами
