Эдвард Байрон, герцог Клайборн, в свете известен бесчисленными любовными приключениями и сомнительными холостяцкими привычками. Однако долг наследника титула — жениться и произвести на свет сына. О любви, как полагает герцог, речь вообще не идет — они с юной леди Клер Марсден обручены едва ли не с пелёнок, и невеста должна понимать — каждый из них в браке имеет право на личную жизнь. Но Клер не желает мириться с подобными взглядами жениха. И хотя влюблена в Эдварда с детства… никогда и ни при каких обстоятельствах не выйдет замуж за того, кто не отвечает на ее чувства.
Авторы: Уоррен Трейси Энн
гнезда, он протянул его ей, зажав между указательным и большим пальцами.
Она не пошевелилась.
— Оно вас не укусит, знаете ли, — Проговорил он с чуть досадливым смехом.
С чуть насмешливым взглядом она медленно протянула ему правую руку.
Он улыбнулся:
— Другую. Обручальное кольцо положено надевать на левую. Принято считать, что сосуды левой руки идут прямо к сердцу.
Ее рука чуть дрогнула.
— Тогда, похоже, я сделала правильный выбор, — тихо проговорила она, — поскольку этот наш договор никакого отношения к сердцам не имеет.
Его улыбка погасла.
— Возможно, и нет, — сказал он, надевая кольцо на нужный палец. — Но тем не менее я уверен, что у нас все будет хорошо.
— Как скажете, ваша светлость.
— Эдвард. — Он несколько секунд смотрел в ее чудесные ясные глаза, а потом перевел их на ее лицо. — У вас пятно.
— Что?
— На щеке. Давайте я вам помогу.
— Я сама! — заявила она, поднимая пальцы к щеке.
— На другой, — уточнил он, снова начав улыбаться. — Пожалуйста, разрешите мне.
Достав из кармана платок, он провел шелковой тканью по ее коже.
— Всё? — спросила она дрожащим голоском.
— Почти. — Он бережно тер ее щеку, пока пятно не исчезло. — Вот так.
— Благодарю вас, ваша светлость.
— Эдвард, — снова напомнил он ей терпеливым тоном. — Вам и волосы надо уложить.
— Горничная мне поможет.
— Вашей горничной здесь нет. — Не дожидаясь ее согласия, он поймал пальцами выбившуюся прядь. Однако вместо того чтобы заправить ее обратно в прическу, он начал наматывать шелковистый локон себе на палец. — Я только что понял, что мне нужно сделать еще что-то важное.
— Что… что именно, ваша… Эдвард? — прошептала она, беспомощно глядя ему в глаза.
— Вот что, — ответил он.
А потом наклонил голову и припал к ее губам.
Клер не могла пошевелиться. У нее перехватило дыхание, а сердце заколотилось так отчаянно, что ребрам стало больно.
Она так долго ждала этого момента — похоже, всю свою жизнь. Она мечтала узнать вкус этого поцелуя. Когда-то очень давно она надеялась, что именно Эдвард подарит ей первый поцелуй. А потом она надеялась, что этого не случится. И вот теперь, как это ни было для нее опасно, исполнилось то первое ее желание.
Она понимала, что ей следует отстраниться, но она не могла этого сделать: прикосновение его губ было слишком чудесным, чтобы от него отказаться.
Дрожащий вздох сотряс ее тело, которое целиком было охвачено острым томлением.
Одно прикосновение — и она растаяла!
Один поцелуй — и весь мир остановился; все вокруг перестало существовать. Страшно подумать, что случилось бы, если бы он решил зайти дальше!
И тут он это сделал: шелковистый кончик его языка медленно и жарко скользнул по ее нижней губе. Она ахнула, и этот звук прозвучал в ее ушах раскатом грома.
Он поднял голову, и в его темно-синих глаза отразилось изумление. Шли секунды, пока он, казалось, пытался решить, поцеловать ли ее еще раз или отпустить.
А потом решения уже не потребовалось: в коридоре зазвучали шаги. Эдвард выпрямился и сделал шаг назад.
— Кажется, ваша матушка возвращается.
Клер устремила невидящий взгляд сначала на него, а потом на ковер, стараясь избавиться от блаженной летаргии. Прижав кулаки к бокам, она повернулась и поспешно села в кресло, которое так недавно покинула.
— Кризис миновал, — объявила ее маменька, входя в гостиную. — И как вы двое поживали в мое отсутствие? — осведомилась она, обводя взглядом Клер и Эдварда.
— Неплохо, мадам, — ответил он спокойным тоном. — Полагаю, что мы смогли неплохо занять друг друга. Не так ли, леди Клер?
Клер постаралась не покраснеть и с трудом справилась с желанием бросить на него негодующий взгляд.
«Он так спокоен! — подумала она. — Как он может вести себя так словно мы не делали ничего особенного, а просто говорили о погоде?»
И тут ей пришло в голову, что хотя она сама только что пережила чудо первого поцелуя, для него эти объятия были далеко не первыми. Скольких женщин он узнал за свои тридцать три года? Сколько поцелуев он с ними разделил?
Остатки мечтательного наслаждения испарились. Пусть она стала его невестой и носит на пальце его кольцо, между ними ничего не изменилось.
— Да, — подтвердила она ясным голосом, — его светлость позаботился, чтобы я нисколько не скучала. А теперь, если вы позволите, я отправлюсь к себе в комнату сменить платье.
— Боже правый, ну конечно, дитя мое! — ответила ее мать. — Пойди и переоденься. Мы подождем твоего возвращения. Ваша светлость, вы сможете остаться отобедать с нами?
— Звучит заманчиво, однако
