Наследница бури

— А что слышно о герцоге Макшайдере? — наконец, подала голос одна из дам, тощая длинноносая блондинка.
— Наш дорогой герцог одержал очередную победу на море, — ответила Марика, и в ее голосе прозвучали медовые нотки, а взгляд замаслился. — Его высочество говорит, что скоро герцог приедет в замок и привезет нам настоящих пиратов на потеху.
Леди Рочестер ехидно посмотрела в мою сторону и промолвила:
— Милостью его высочества у нас хватает потех и забав, не правда ли, ваша светлость?
Я решила, что не буду строить из себя того, кем не являюсь, то есть делать вид, что я благородная дама.
— Если вы имеете в виду те пятнадцать дюймов, о которых говорили мне вчера, леди Рочестер, то за такую потеху надо благодарить другого человека.
Клушки составили дружную пантомиму «Какой позор!» Я подцепила на вилку очередной кусочек омлета и продолжала:
— А если вы и ваши подруги полагаете, что можете смеяться надо мной, то тут вы снова ошибаетесь. Впрочем, если уж вам так хочется посмеяться, то извольте. Я расскажу историю о том, как в детстве вы приняли кроличьи говешки за шоколадные шарики.
Я понятия не имею, откуда вдруг взялись эти говешки и шарики, но картинка, представшая перед внутренним взором, была невероятно четкой и яркой. И почему-то стало ясно, что это не выдумка и не бред, что так оно и было.
Леди Рочестер побледнела, а на ее щеках вспыхнули некрасивые пятна румянца. Гордость дворянки, которая не позволяет вступать в пререкания с рабами и деревенщиной, отчаянно сражалась с яростной обидой и ненавистью.
А я никак не могла уняться. Слова сами выпрыгивали на язык.
— Видите ли, дорогая леди Рочестер, не одна вы можете говорить гадости. Ваша речь в качестве моей посаженной матери на пути к алтарю была весьма впечатляющей. Но в следующий раз за такие слова я вымою вам рот с мылом, — я мрачно обвела взглядом присутствующих и добавила: — Для начала.
Воцарившаяся было тишина тотчас же разрушилась: благородные дамочки заорали на меня в таких выражениях, каких не знают и пьяные боцманы. Я в долгу не оставалась. Покойная мама была учительницей русского языка и литературы, так что я могла крыть матом полчаса и ни разу не повториться.
Я не помню, кто первый кинул булочку. То ли это была Марика, то ли длинноносая блондинка, которая интересовалась приездом герцога. Как бы то ни было, кинувший не попал — я моментально среагировала на нечто, летящее мне в лицо, и пригнулась.
А вот Марика пригнуться не успела, и ломтик хлеба, щедро намазанный маслом, угодил прямо в центр ее высокой прически.
На мгновение фаворитка принца застыла от шока. Глаза распахнулись, как у героини аниме, а рот превратился в алую букву «О». Дамочка никак не могла понять, как я посмела чем-то бросить в нее. И как я посмела попасть! Впрочем, замешательство было минутным — в следующий миг над столом уже летали булки, куски омлета, даже цветы из вазы не избежали общей участи. Курятник попытался объединиться против общего врага, меня — но вскоре выяснилось, что дамы, в основном, попадают друг в друга.
— Сучка грошовая!
— Дрянь!
— Вертихвостка с рынка!
Одним словом, скандал вышел просто невероятный. В конце концов, на поляну вышел седой дворецкий и, сохраняя каменное выражение лица, громко произнес:
— Герцог Макшайдер прибыл в замок. Его высочество приглашает всех в зал аудиенций.

Разумеется, придворные клушки появились на аудиенции с опозданием: надо же было переодеться и привести в порядок растрепанные волосы и припудрить раскрасневшиеся щеки. Я решила наплевать на этикет и премудрости с самой высокой колокольни и вошла в зал, не заворачивая в свои комнаты. Румянец, выбившийся локон — пусть. Смахнула с волос крошки, стерла пятно масла с плеча, вот и славно.
Мое появление осталось незамеченным, и я невольно этому обрадовалась. Зал был полон — помимо придворных, здесь было множество людей в темно-синей форме. Наверняка барышни всех сословий теперь начнут прихорашиваться и строить глазки таким завидным кавалерам. Осторожно просочившись за широкими спинами вояк в ту сторону, где стояло кресло принца, я увидела его высочество Герберта в компании с высоким светловолосым красавцем. Завитые локоны, аккуратно подстриженные усы и бородка и сбивающий с ног аромат духов — все говорило о том, что герцог Макшайдер тщательно готовился к встрече.
— …так что южные рубежи королевства очищены от пиратов, и я смею надеяться, что навсегда, — герцог говорил с легким акцентом, смотрел принцу в глаза и улыбался с такой подобострастностью, что было противно смотреть. Все эти ужимки и прыжки были мне прекрасно знакомы: