Наследница бури

что я чужачка и никогда не привыкну к его миру. Он прекрасно знает, что я хочу вернуться. В конце концов, это снимет с него обузу — не придется выполнять просьбу друга.
Вот только почему у него такое странное выражение лица?
— Давай поговорим об этом потом, — произнес Альмир, и его голос несколько смягчился. — Сначала надо тебя оттуда вытащить.
— Я ведь просто глупая девчонка, за которой тебя попросили присмотреть, — прошептала я, глядя ему в глаза. — Ты ведь…
Альмир грустно усмехнулся.
— Герберт уверен, что ты сбежала. Собралась с силами и задала деру, а меня оглушила пукксом, чтоб не мешал. Над замком видели черную тень, которая помчалась к югу.
Я почувствовала, как пол под ногами предательски дрогнул. И почему-то у меня появилось устойчивое убеждение, что Альмир врет — ну или, по меньшей мере, не говорит всей правды.
— А… меня ищут?
— Разумеется. Люди Вельдмара уже посланы в погоню. Кстати, Макшайдер сегодня днем покинул замок. Был очень опечален твоей пропажей, но меня ему не обмануть. Синие искры над его головой были очень красноречивы.
Я нахмурилась. Интересно, почему меня, сбежавшую жену, ищет не оскорбленный супруг, а холуй принца? Неужели Альмир ранен сильнее, чем хочет показать?
— Альмир, что с тобой? На самом деле? — спросила я. Лицо колдуна едва заметно дрогнуло, но я все-таки уловила это мимолетное движение души, выступившее наружу.
— Неважно, — промолвил Альмир, и его лицо стало затягивать синей дымкой. — Все будет хорошо, это все, что ты должна знать. Спокойной ночи, Полина, я скоро буду.
— Спокойной ночи, — проговорила я, и сияние погасло. Теперь в зеркале отражалась моя растерянная физиономия, у которой почему-то глаза были на мокром месте. Свеча возле кровати почти догорела, и комната медленно утопала во мраке.
Я закрыла дверцу шкафа, вернулась на кровать и задула свечу. Теперь мне оставалось только ждать.

Глава 7
Нелетная погода
На следующий день погода испортилась. Солнце едва выглядывало из-за угрюмых низких туч, корабли толпились в бухте, напоминая нахохлившихся птичек, которые прибиваются друг к другу, опасаясь бури. Выглянув в окно, я увидела, что Гримнир сидит в море — он высунул голову из воды и поглядывал по сторонам.
Уж ему-то нипочем никакая гроза, подумала я. По комнате бродил сквозняк — он взялся невесть откуда и не собирался уходить. Ветер выл и царапался в стены, и от вчерашнего ленивого покоя не осталось и следа: летний мир стал мрачным, осенним.
— …да точно тебе говорю, выкинуть надо.
Я на цыпочках подкралась к двери и прислушалась. В коридоре топтались какие-то люди и, похоже, чувствовали себя неуверенно: уж больно робко переминались с ноги на ногу.
— Ага, выкинуть, — нерешительно откликнулся второй голос. — Так она тебе и далась.
— Ну сучка же! — сказал первый, и я поняла, что речь идет обо мне. Других сучек в замке, судя по всему, не водилось. — Ведь только привезли ее, и уже непогода. Надо, как в старые времена с ведьмами поступали. Сжечь или в море выкинуть.
— Так тебе и дали. Герцог тебя самого выкинет.
— Уж это я не знаю, — не сдавался первый, — да только незачем всякую нечисть тут привечать. Герцог о моей душе не подумает…
Послышались тяжелые шаги, и разговоры стихли.
— Что, огольцы, ведете разговоры не по разуму? — промолвил Никос. Я невольно вздохнула с облегчением: появление коменданта меня успокоило.
— Никак нет, господин Никос, — расстроенно протянули голоса. — Только вы уж сделайте милость, дайте тумаков этой… А то буря собирается, а вдруг как тогда?
— Не умничай, Харракеш, — посоветовал Никос, и я услышала звяканье ключей. — Все, свободны. Как тогда не будет.
Говорившие пошагали прочь, должно быть, с трудом скрывая радость, а в замке заворочался ключ. Вошедший комендант выглядел мрачным и суровым, а его рыжие волосы были всклокочены.
— Зачем вы это сделали, Полина? — процедил он.
— А что я сделала? — почему-то я очень испугалась, словно меня застукали на месте преступления.
— Обманули меня, сказав, что вы не наследница бури, — ответил Никос и ткнул пальцем в сторону окна, за которым стремительно вырастала грозовая туча. — Вчера вы сказали, что не умеете колдовать, а сегодня приходит шторм. Из ниоткуда!
Комендант не был мрачным — он пребывал в ярости. Мне захотелось стать маленькой-маленькой и забиться в какую-нибудь щель. Я с трудом могла побороть желание закрыться руками от его свирепого взгляда.
— Клянусь, я тут не при чем, — горячо проговорила я. — Никос, ну поверьте! Вы же знаете, что на Земле нет колдовства!