Наследница ведьм

возраста. Однако вряд ли ему будет светить такая перспектива, если он вовремя не образумится и не бросит пить.
– Послушайте, – сказал доктор Ларкин, – если у Гиффорд Мэйфейр имеется в этом городе медицинская карта, думаю, мне удастся заполучить ее через Институт Кеплингера Только делать это нужно строго конфиденциально, не вызывая ни у кого беспокойства или подозрений.
Лайтнер, нахмурившись, покачал головой, как будто считал предложение Ларкина проявлением дурного тона.
– Только не делайте этого, как прежде, без их согласия, – предупредил он.
– Райен Мэйфейр никогда об этом не узнает, – заверил его Ларкин. – Предоставьте это дело нам. Если хотите, можете назвать нас секретной медицинской службой. Или как-нибудь в этом роде. Кроме того, сейчас я хочу увидеть Карри.
– Понимаю. Это можно организовать, скажем, завтра. Или даже сегодня вечером. Мне нужно подумать.
– О чем?
– Обо всем. Например, я не могу понять, почему старшины позволили Столову приехать сюда. Почему он самым бесцеремонным образом вторгся в дела семьи, рискуя тем самым вызвать ее неудовольствие. – Не иначе как Лайтнер просто размышлял вслух, а не отвечал на вопрос Ларкина– Понимаете, всю свою жизнь я посвятил исследованиям паранормальных явлений. Никогда прежде мне не доводилось вступать в такой тесный контакт с этой семьей. Я чувствую, что с каждым днем растет моя преданность им. Растет моя
забота о них. И мне стыдно, оттого что я не смог вмешаться в их судьбу раньше, до исчезновения Роуан. Но я получил от старшин особые указания.
– Судя по всему, они тоже считают, что в этой семье что-то странное творится с генами, – предположил Ларкин. – Я делаю такой вывод, исходя из того, что вы тоже отслеживаете особенности, переходящие из поколения в поколение. Боже правый, по крайней мере человек шесть на вчерашних поминках заявили о том, что Гиффорд обладала экстрасенсорными способностями. Говорят, она видела какой-то образ, нечто вроде семейного привидения. Хотя, насколько я понял, этим далеко не исчерпывались ее психические возможности. Очевидно, ваши друзья из Таламаски пошли по такому же пути.
Лайтнер медлил с ответом.
– В том-то все и дело, – наконец произнес он. – Нам надлежало идти по этому пути, но я далеко не уверен, что мы это делали. Видите ли… все это так неопределенно и замысловато.
Их разговор прервал низкий пульсирующий звонок телефонного аппарата, который находился рядом с кушеткой и выглядел вызывающе современным среди темно-коричневой бархатной мебели.
Ларкин снял трубку.
– Доктор Ларкин слушает, – произнес он свою привычную фразу, которую всегда говорил, когда брал телефонную трубку. Однажды он безотчетно выпалил ее по телефону-автомату в аэропорту, что мгновенно вывело его из забытья.
– Это Райен Мэйфейр, – услышал он ответ на другом конце провода– Так вы и есть тот самый доктор из Калифорнии?
– Да, рад вас слышать, мистер Мэйфейр. Мне не хотелось беспокоить вас последние дни. Я мог бы вполне подождать до завтра.
– Доктор, скажите, нет ли там поблизости Эрона Лайтнера?
– Да, он здесь. Хотите поговорить с ним?
– Нет. Пожалуйста, выслушайте меня внимательно. Сегодня рано утром от маточного кровотечения умерла Эдит Мэйфейр. Она приходилась внучкой Лорен Мэйфейр и Жаку Мэйфейру. Мне же и моей супруге Гиффорд, а также Роуан она являлась двоюродной сестрой. Понимаете, с ней случилось то же самое, что и с моей женой. Эдит просто истекла кровью в своих апартаментах на Эспланейд-авеню. Бабушка обнаружила ее только в полдень, когда она уже была мертва. Мне думается, нам следует обсудить вопрос о генетических исследованиях. Судя по всему, в нашей семье в самом деле что-то не так.
– Господь всемогущий!.. – изумленно прошептал Ларкин.
Голос Райена звучал спокойно.
– Не могли бы вы приехать ко мне в офис? – осведомился Райен Мэйфейр. – Будьте любезны, попросите Лайтнера приехать вместе с вами.
– Конечно. Мы будем у вас через…
– Десять минут, – подсказал ему Лайтнер, который был уже на ногах. Взяв у Ларкина телефонную трубку, он произнес – Райен, оповестите всех женщин вашей семьи, где бы они ни находились, о том, что они ни на минуту не должны оставаться одни. Не надо никого пугать, тем не менее надо всех предостеречь на случай непредвиденных обстоятельств. Кто-нибудь должен обязательно находиться рядом с ними, чтобы можно было вызвать врача. Насколько я понимаю, ни Гиффорд, ни Эдит по какой-то причине не смогли это сделать.
Я вполне отдаю себе отчет в том, что говорю. Да. Да. Всех. Каждую. Именно так и следует поступить. Да, мы будем у вас через десять минут.
Ларкин и Лайтнер,