Ему тоже понадобятся летописцы и восхвалители.
Как-то уж слишком легко всё получается… Я ухитрился одержать грандиозную по местным меркам победу одними чарами ужаса. Понятное дело, рассчитанными на преодоление местных чар и амулетов, но всё же… Возможно, на них повлияло зрелище ‘поражения’ дракона. Вообще, с моим родственничком, считающимся здесь чем-то вроде супероружия, вышло забавно. Хотя он и был дальним поколением, но на таком близком расстоянии я его прекрасно ощущал и даже мог сказать, что по драконьим меркам он ещё совсем молод, фактически подросток. Впрочем, в местных условиях и такое чудо в чешуе было крайне опасным противником… Хотя его огненное дыхание и не несло той магической компоненты, что у старших поколений, но оно было многократно горячее моего — скорее всего, он с лёгкостью мог плавить камни. Впрочем, одно дело — неспособные постоять за себя (гм, каламбур…) камни, и совсем другое — Бахамут.
— Хулиганишь, мелкий? — хмыкнул я и подключился к его крыльям.
— Ой… — только и успел вымолвить дракон — впрочем, для окружающих это было просто рёвом — и грохнулся оземь.
Разумеется, падение его не убило; даже не оглушило толком. Однако на солдат противника это произвело эффект разорвавшейся бомбы, резко усиливший действие чар ужаса.
Ну а дальше — вопрос техники, как говорится. Понятное дело, побежали не все, да и те, кто поддался панике, вскоре пришли бы в себя и вернулись в бой, однако… Император совершенно напрасно прибыл туда лично. Да, его личная стража показала себя с лучшей стороны, да и придворных чародеев нельзя было назвать бесполезными — однако в этот раз всего этого было недостаточно. Противник слишком превосходил их… Здесь нечем хвастаться, скорее уж стыдиться — всё равно что профессиональному борцу победой над школьниками, но факт остаётся — шансов на победу у них было очень мало.
Барон на радостях напился, как свинья, но я мог его понять. Впрочем, понять — не значит одобрить, так что незамедлительно опробовал на нём протрезвляющие чары.
Учитывая мою неопытность в целительстве, в результате барон выглядел так, словно вот-вот простонет ‘мозги-и!’, но в целом нужного эффекта я добился.
— Не перебарщивай с пьянством, если не хочешь, чтобы я заменил тебя на менее пьющего — сообщил я, убедившись, что барон в состоянии меня понимать. — Это ещё не конец…
Ранутамаил, князь эльфов, читал новости из внешнего мира. ‘Князь эльфов’… Сейчас этого титула было достаточно — не было нужды в таких различиях, как ‘князь Летнего леса’ или ‘князь великого озера’. Когда осталось лишь одно поселение и один князь, уточнения не нужны… Впрочем, то, что его владения меньше владений предков, князя не беспокоило; если точно, он игнорировал эту тему. Собственно, для большинства эльфов её словно и не существовало; они жили в своём замкнутом мирке, словно рыбки в тихом пруду, и первейшей обязанностью князя — по крайней мере, с точки зрения его подданных — было поддерживать это состояние. Собственно, сам князь считал так же, и именно для того и читал сейчас доставленные торговцами новости.
Изложенная в бумагах информация заставила его слегка искривить губы. Смена власти, в том числе бурная и внезапная, у людей — обычное дело, и зачастую новые лидеры делали при этом громкие заявления. Так что и сейчас сообщение о том, что барон, ухитрившийся захватить в плен императора и быстро набирающий власть, заявил, что собирается подчинить своей власти эльфов, князя ничуть не удивила и даже не обеспокоила. Несмотря на неожиданный разгром имперских войск, неприступность его владений была для князя очевидна — во всяком случае, для короткоживущих варваров. Чтобы что-то сделать с укреплявшейся тысячелетиями обороной потребовались бы усилия божественного уровня… А боги не проявляли недовольства — больше того, совсем недавно Ильгориэль, бог-хранитель одного из древних и считавшихся вымершими царских родов, явил чудо в виде последней представительницы одного из этих родов. Правда, древняя принцесса вскоре покинула свой народ, но всё же.
В любом случае, хотя вероятность реальной угрозы Ранутамаил не допускал, смертные могли доставить некоторые мелкие неприятности. Сложности с торговлей, к примеру… К тому же люди иногда бывают неожиданно изобретательны, да и этот загадочный маг, на котором держатся все успехи самонаречённого императора… Тот, кем он может являться, успел показать себя как опасного противника. А инцидент с драконом свидетельствует, что его сила лишь возросла… Князь задумался.
В открытое окно впорхнула птаха; посыльный от дозора. Эльф ‘вгляделся’ в её магически укреплённую память. Ну что же… Раньше, чем
