Наследник Тагоров

в этой области Райдер все равно не мог.
Если вычленить все достоверное из слов «советника», то шла война. Обычная война, какая случалась везде, где появлялись кланы, ставившие себя выше закона. Разница только в том, что вместо ножей у этих ребят были когти и клыки. «И это делает их сильнее меня», — мрачно думал Райдер. Последний вопрос беспокоил его больше всего. Он все прикидывал, сможет ли справиться с оборотнем, но поскольку никогда не видел этих существ наяву — ответить себе никак не мог.
«Если этот Тагор — действительно мой отец. То я не могу быть слабее их. Очевидно, я тоже могу стать волком. Нужно только выяснить — как».
Мысли Райдера плавно переместились к амулету. Как наяву он видел тонкие ухоженные пальцы Моригана, державшие серебряную цепь. Мориган, черты его лица, движения сильного тела, спрятанного в броню формального костюма, взгляд льдисто-голубых глаз — все это странно действовало на него.
Райдер пошевелился, подложил одну руку под голову и почти инстинктивно прошелся ладонью по собственному животу вниз. Туда, где тело затвердело, при мысли об этих руках.
Обычно Райдер предпочитал других мужчин. Более легких, простых и доступных. Тех, кто не создавал проблем. «А теперь тебе захотелось того, что нельзя получить», — с горькой усмешкой подумал он.
Он продолжал восстанавливать в памяти движения и непривычную ленивую пластику Моригана, пока не поймал себя на мысли, что она привлекает его куда сильнее, чем обещания защиты, денег и таинственный талисман.
«Хотя и деньги — это неплохо», — признал он, и рука его замерла, когда Райдера накрыла злость. «Только не проклятые деньги этой семьи, чертова Тагора, который использовал и выбросил твою мать».
Закончить мысль он не успел, потому что комнату огласил пронзительный звон и осколки стекла хлынули на кровать.
Мориган сидел в машине, откинув голову далеко назад. За этот день он тоже очень устал. На то, чтобы найти Тагора-младшего, ушла почти неделя. Эта работа была привычной и простой. Но он сам не ожидал, что так тяжело окажется подойти к нему и завести разговор.
С самого первого момента, когда он только увидел этого молодого мужчину наяву, Мориганом владело странное оцепенение. Страх держал его на расстоянии вытянутой руки. Он понимал головой, что это страх перед отцом. Что этот человек перед ним — не Торвальд Тагор. Но избавиться от оцепенения, сковавшего тело, все равно не мог.
Вынимая фотографии в баре, он чувствовал, как трясутся руки. Странное двойное чувство — он и не он. Ненависть, желание, горечь — от понимания того, что это не тот Тагор. И страх — от мысли о том, что это все-таки он.
За двадцать лет Лестер успел забыть, насколько возбуждающей была эта близость когда-то давно. Он привык боготворить Торвальда как господина, как сюзерена, которому он отдал себя. Почти перестал думать о том, что когда-то желал от Торвальда чего-то еще. Иногда Моригану казалось, что его сердце высохло изнутри и больше никогда не сможет испытать любовь.
Одного мгновения разговора с Райдером хватило, чтобы старая рана открылась и чувства нахлынули нестерпимой, сметающей все на своем пути волной.
Сердце, ставшее неожиданно ранимым, пульсировало, и каждая новая нотка в голосе Райдера отдавалась острой колючей болью.
«Все будет так же», — убеждал себя Лестер, глядя в темноту и не видя ни подъезда дома, который собирался сторожить, ни идущих по улице людей. «Все будет так же, и ты станешь просто тенью за его плечом». Старался и не мог убедить.
Пока грохот разбитых стекол не вырвал его из собственных мыслей.
Лестер вскинулся, оглядываясь по сторонам и проклиная себя за беспечность.
Поняв, какое окно рассыпалось в прах, рванулся из машины к подъезду. Ни консьержки, ни швейцара здесь, конечно, не было — обычный дешевый дом, в котором не место наследнику семьи Тагор.
В два прыжка преодолел расстояние до второго этажа. О ступени третьего ударились уже волчьи лапы. Одним ударом мощного тела вышиб дверь и, не обращая внимания на боль в ушибленном плече, ринулся на противника.
Дымчато-серый волк замер на распростертом теле Райдера. Слишком тяжелый, чтобы с ним мог справиться человек.
Мориган ударил его всем весом, и оба покатились по комнате, сшибая мебель и все, что стояло на ней.
Едва освободившись от веса зверя, Райдер вскочил с кровати и схватил лежавший на прикроватной тумбочке пистолет.
Дал залп, и волк обиженно заскулил. Отпрыгнул. По серой шкуре струилась кровь.
Атаковать по новой Лестер не успел — волк оттолкнулся от пола задними лапами и выпрыгнул в окно.
Оба — волк и человек — бросились к подоконнику, но увидели только тень, уносившуюся прочь.