Наследники Ваньки Каина

гнева. Он казался сам себе предельно язвительным и уничтожающе надменным.
– Ты что, действительно такая дура? – вопрошал он свистящим шепотом. – Или просто ловко прикидываешься, как прикидывалась всю жизнь? Не можешь уразуметь своими куриными мозгами, что ты наделала?
– Знаешь что… – Лида даже задохнулась от негодования и едва сдержалась, чтобы не влепить мужу пощечину. – Я тебе не наемная прачка и не домработница. Сам далеко не святой. Поэтому либо извинись и все объясни, либо…
– А что либо? – зло ухмыльнулся Котенев и, повысив голос заорал на всю квартиру. – Что? Отвечай!
– Хватит! – тоже закричала Лида. – Извинись, или я уйду!
– Ах вот как? – отступил на шаг Михаил Павлович, смерив жену презрительным взглядом. – Она, видите ли, уйдет! Хорошо!
Он сорвал с себя рубашку и начал снимать брюки. Ничего не понимающая Лида с изумлением смотрела, как он отшвырнул одежду в угол и голый побежал в спальню.
Через минуту он вернулся одетый и с чемоданом в руке. Встав в дверях, обвел глазами комнату:
– Все тебе! Возьму только машину.
– Миша?! Ты что? – Лида прижала ладони к губам, не в силах поверить в реальность происходящего.
– Что «Миша», что?! – подбросив в руке чемодан, откликнулся Котенев усталым, слегка осевшим голосом. – Не понимаешь? Это я ухожу! Хватит с меня!..
Оставив машину около подъезда дома Александриди, Михаил Павлович закурил – надо было обдумать ситуацию.
Докурив, Михаил Павлович примял окурок в пепельнице и, вытащив из салона чемодан, – торопясь уехать из дому, просто забросил его на заднее сиденье, – переложил его в багажник, предварительно вынув из чемодана и спрятав в карман маленький пистолет. Он решил теперь постоянно ходить с оружием, особенно после случившегося у Сашки Лушина. Оружие Михаил Павлович приобрел по случаю давно. Когда произошла неприятность с братом Лиды, он хотел утопить пистолет в Яузе или закопать, но потом передумал и спрятал в квартире.
Поднялся на лифте и позвонил в дверь. Открыл сам грек. Впустив в прихожую, тщательно заперев за гостем дверь, провел того в гостиную, Там, уютно устроившись в кресле, сидел импозантный седой человек.
– Наш консультант, Виктор Иванович, – представил его Лука и предложил: – Располагайтесь. Можно без церемоний.
Михаил Павлович присел, настороженно поглядывая на невесть откуда появившегося консультанта. Мужчина солидный, с располагающей внешностью и барскими повадками. Грек, чувствуется, считается с ним.
– Сергей Владимирович говорил мне о возникших осложнениях, – играя позолоченной зажигалкой, мягко улыбнулся Виктор Иванович Полозов. – Я просил бы вас еще раз подробно рассказать все с самого начала.
Полозов слушал не перебивая, только время от времени что-то записывал своим бисерным почерком. Вытянув шею, Котенев поглядел в листочек, лежавший на столике перед консультантом, и увидел столбец цифр, рядом с ним – малопонятные слова.
– Записать разговор моей жены с сыщиком, естественно, не удалось, а запись своего разговора с представителем уголовного розыска я привез, – закончил Михаил Павлович.
– Чудесно, – усмехнулся Полозов. – Скажите, что вы знаете о приходившем к вашей жене милиционере? Сколько ему лет, какое звание, как выглядит?
– Ничего, – развел руками Котенев. – Я же там не присутствовал. О приходившем ко мне могу рассказать. Рослый, даже большой по всем параметрам мужчина. Бондарев Александр Алексеевич. Должности и звания не знаю. Но судя по одежде и обуви, человек среднего достатка.
– Да… – Александриди поставил на столик поднос, налил в чашки кофе. – Кстати, Михаил Павлович, – уже собравшись отнести посуду на кухню, неожиданно сказал Лука, – нам сообщили, что вы вышли из дома с чемоданом. Собрались уезжать? Куда, если не секрет?
«Они действительно следят за нами, – понял Котенев. – Иначе откуда ему знать про чемодан? Или видел в окно, когда я его перекладывал в багажник?»
Медленно поднявшись, он подошел к окну, вроде раздумывая над ответом. Взглянул на улицу через тюлевую занавеску – окна выходили на улицу и, судя по расположению дверей, окна других комнат и кухни тоже. Значит, около его дома действительно выставлена охрана, наблюдающая за квартирой? Не станет же Александриди торчать у окна лестничной площадки, ожидая приезда гостя?
– Я ушел от жены, – не оборачиваясь, глухо ответил Михаил Павлович.
– И где теперь намереваетесь жить?
– У знакомой, – обернулся Котенев. – Дать адрес?
– Не надо, – усмехнулся Александриди, – я думаю, вы достаточно постоянны в своих привязанностях. Есть телефон. Я вам звонил туда.
– Да, помню, – согласился