Наследство в глухой провинции

рыба.
— Рыбы не тонут.
— Чего ты прицепилась? Откуда я знаю? Она зимой утонула. Три дня в воде, вернее, во льду пролежала. Ее бы до весны не нашли, если бы вездеход в полынью не провалился…
Ольга содрогнулась:
— Какие страсти происходят с людьми!
— Вот именно. Ни о каком плавании тут и речи нет. Экспертиза установила: смерть от переохлаждения. Провалилась в полынью и выбраться не смогла.
— А–а–а…
— Больше вопросов нет?
— А если ее в эту прорубь сунули да придержали чуток, чтобы не всплыла?
— Я знаю, ты любишь читать детективы, а только тетя Липа для преступной среды человек неинтересный. Большим бизнесом она не занималась, большого богатства отродясь не было. Жила, как и большинство населения, чуть подальше от черты бедности.
— А если она увидела что–то, чего видеть была не должна?
— Если бы, да кабы… Угомонись, Шерлок Холмс. Это в большом городе преступление скрыть легко, а в маленьком, где все на виду, ничего этакого просто не бывает. В крайнем случае, как в «Деревенском детективе», сопрут баян, да и только.
— Аккордеон, — автоматически поправила меня подруга.
— К тому же, как ты сама сказала, до моего отъезда еще три дня. Успеешь дать на дорогу свое дружеское напутствие.
Но в нашем деле ничего нельзя загадывать и надолго планировать. Я–то думала, что эти три дня пройдут в некоей благодати, но уже на следующее утро случилось нечто неординарное…
У нас в офисе объявился посетитель.
То есть посетителей у нас бывает вполне достаточно, но чтобы такой… В общем, расскажу по порядку.
Как я уже говорила, у нас в офисе нет секретаря, а наша бухгалтер обычно появлялась на три часа после одиннадцати.
Я пришла первой, как обычно, и занималась тем, что просматривала прайс–листы той самой израильской фирмы, которая предлагала нам свое сотрудничество.
Этот посетитель пришел ровно к девяти часам. Буквально через пятнадцать минут после того, как в офис вошла я и только по–настоящему приступила к работе.
— Девушка, — сказал он; я подняла глаза от бумаг и внимательно посмотрела на него. — С кем я могу поговорить насчет закупки партии компьютеров?
Этим могла бы заняться и я, но, подумав, что все равно мне уезжать, а завершить сделку вряд ли успею — уже среда, я предложила самым любезным тоном:
— Не могли бы вы подождать минут пятнадцать? Именно на столько обещала утром задержаться Ольга.
По пути она хотела заехать в банк и забрать из ячейки наши документы. Пятнадцать минут — максимум. Это я сказала на всякий случай. Наш водитель Слава домчит ее за три минуты.
— Подожду. Но не больше.
— Думаю, ждать придется даже меньше, — заверила его я, и в эту минуту появилась Олька. — Вот видите, вам не придется ждать нисколько. Это Ольга Александровна — президент фирмы «Каола».
— Оля?
Он вскочил так поспешно, что опрокинул стул, а я, занятая бумагами, упустила момент и не увидела самого начала, как на посетителя посмотрела Ольга, заметила только ее неестественную бледность и тотчас сменившее растерянность высокомерие.
— Здравствуйте, господин Кононов.
Что это, моя подруга обалдела, что ли? Ведь явно покупатель не из праздного любопытства зашел. Нашла время выпендриваться!
Но тут подруга перехватила мой изумленный взгляд и стерла с лица это вымученное высокомерие, будто рисунок мелом со школьной доски.
— Вы ко мне по делу?
— Прямо–таки «вы»! — с нажимом выговорил посетитель. — Всего каких–нибудь десять лет назад мы были на ты.
— Десять лет назад со мной случилась амнезия, и теперь я ничего не помню, — сухо ответила она.
— Вы всем покупателям рассказываете про свои болячки?
Он явно не был лишен чувства юмора, но это сказал напрасно. Насколько я знаю свою подругу, когда у нее вот так начинают подрагивать ноздри — берегись! Оказывается, этот Кононов тоже Ольку неплохо знал.
— Так я не понял, вы продаете компьютеры или нет? — несколько равнодушно поинтересовался он. — Где вообще ваш начальник, девушка?
Что же это он напрашивается? Девушка! Разве он не слышал, как я представила Ольгу? Она терпеть не может такого обращения. Мол, не за прилавком стоит, а занимает вполне респектабельный офис, возглавляет фирму, так что извольте по имени–отчеству…
— Лара, покажи господину прайс–лист и расскажи, что к чему, — сказала она и поспешно скрылась за дверью своего кабинета.
Я взглянула на этого Кононова — мужик как мужик, но возникает вопрос: почему я о нем не знаю? Я вообще впервые его видела. С Ольгой мы дружим три года, а казалось, тридцать три. Мы столько знаем друг о друге. И я, глупая, раньше думала, что все.
Погодите, не тот ли это Ушастый, который когда–то в юности