Навязанная жена

и преподнес ей лютню.
Она со значением взглянула на Дитерикса и запела:
В старом парке пруд был
Чистый, светлый
В старом замке граф жил
Сильный, смелый
Привезли однажды, пару птиц красивых
Он их в пруд поселил
Крылья им подрезал, чтобы не улетели
Красоту он ценил
***
Пара так прекрасна
Словно граф и его молодая жена
А лебедушка славна
Своему мужчине навеки верна
Только им жила она
Но однажды к ним на пир явилась ведьма одна…
(Евгений Перов-Межин)
У Исы был приятный, чуть хрипловатый голос. Дитерикс знал, что она поет только для него. И ему было неловко.
Как ни странно, подала голос молодая королева:
– Я знаю легенду. Эти две песни об одном и том же.
И тут она поднялась, подойдя к окну и глядя вдаль на заснеженный лес, проговорила:
– На самом деле, все было не так.
– Но как же? – спросил Рагнер, подходя к ней.
Дитерикса опять, словно кнутом стегнуло непонятное раздражение, он тут же поднялся следом, и со словами:
– Расскажи нам, леди жена, сделай милость, – встал перед Мариг.
Иса осталась сидеть за столом, с самой настоящей ненавистью глядя на тонкую молодую женщину в красном, рядом с которой, соперничая за ее внимание стояли два короля. И одного из них леди Иса считала своим по праву. Но сейчас он не смотрел в ее сторону.
– Леди Исельнир, – раздался тихий голос у самого ее уха. – Мой вам совет, выходите замуж. И сделайте это как можно скорее.
Обернувшись к Вульфрику, Иса улыбнулась, как оскалившаяся волчица:
– Никогда, лорд Вульфрик, я не выйду замуж за кого-либо. Я мать наследных принцев и ею останусь.
Тот чуть насмешливо проговорил:
– В таком случае, вам придется лишь наблюдать со стороны.
– Ничего страшного, когда-нибудь мужчине надоест палочка от леденца и захочется настоящих сладких булочек, – многозначительно заметила она.
– Кхммм. Возможно, в палочке от леденца больше сладости, чем в булочках? А тесто ему неинтересно?
Это уже был жестокий намек, оскорбительный.
– Вы! – зашипела Иса.
– Прежде всего, ваш друг.
– Я вам не верю.
– Зря. Просто подумайте немного. Вы мать наследных принцев, но ведь первыми наследниками будут дети другой женщины, и до ваших сыновей, возможно, так и не дойдет очередь. Так кто же стоит между троном и вашими детьми?
– Как кто? – со злостью проговорила Иса. – Другая женщина и ее дети!
– Ах, нет, леди, – лорд Вульфрик снисходительно улыбнулся. – Детей ведь еще нет. Подумайте сами, кто сейчас стоит между троном и вашими детьми?
При этом взгляд Исы как-то сам по себе остановился на Дитериксе.
– Вы… – осеклась она, поняв, к чему он клонит.
– Подумайте, леди. И помните, я ваш друг.
С этими словами лорд Вульфрик встал, чтобы присоединиться к своему королю, который вовсе не подозревал, что за мысли созрели в голове его первого лорда. Он в этот момент с восторгом в глазах слушал рассказ Мариг, чем вызывал безумное раздражение у Дитерикса.
Леди Исельнир осталась сидеть за столом. То, что она сейчас ощущала, сформулировать в нечто целое было невозможно. Но и отбросить все, что говорил этот ужасный человек, не выходило. Потому что ее король был сейчас не рядом с ней. Он был рядом с той, другой, на которой его женили.
«Ничего, – сказала себе Иса. – Это наваждение, и оно скоро пройдет».
Справившись с душевным волнением, леди взглянула на сладости, лежавшие на столе в серебряных тарелочках, выбрала засахаренную дольку персика и съела ее. А потом с самой приветливой улыбкой направилась к группе у окна.
Если ее хотят вывести из себя игнорированием, она будет использовать другие методы. Мужчины, как и мухи, не слетаются на уксус.

Тем временем Вульфрик, который уже успел присоединиться к своему королю и Дитериксу, решил тоже поучаствовать в разговоре. Что-то в словах молодой королевы его зацепило. К тому же, в его планы не входило, чтобы кузены перессорились раньше времени.
– Королева Мариг, миледи, – произнес он с поклоном. – Я приношу свои извинения, что опоздал к началу, но что же на самом деле в той легенде?
Мариг взглянула на него, и Вульфрик неосознанно постарался закрыть от нее свое сознание. Она выглядела совсем юной, однако яркие голубые с бирюзовым оттенком глаза смотрели твердо. Ему вдруг показалось, что девушка видит слишком многое из того, что лорд хотел бы утаить. К тому же Вульфрику внушала опасения ее начавшая проявляться сущность.
– Вы ненамного опоздали, лорд Вульфрик. – проговорила она. – Я только начала. В легенде речь