Найди и убей

закончим’ Сразу вылазила проблема мебели и прочего домашнего барахла. ‘Ё! Пусть у них самих голова об этом болит!’
Два десятка ‘женихов’ строительством не занимались. Они возили и возили стройматериалы из развалин старого города, натаскав за это время каменных блоков минимум в два раза больше, чем требовалось. Энтузиазм мужчин был понятен – Хозяин пообещал им будущее. Иван с удовольствием посмотрел на подошедшую супругу. ‘Ах, какая женщина!’
– Завтра уйду на север. Ты справишься без меня? Этих архаровцев в узде держать… Мария улыбнулась.
– Мне помогут. Но… Вызови сюда Андрея. Ладно?
Весь последний месяц Аудрюс упорно запрещал себе вспоминать об обещании Ивана забрать его на юг. Старпом уже не верил в то, что за ним придут и постарался выкинуть все мысли об этом из головы. ‘Буду устраиваться здесь’
‘Здесь’ было хреново. После падения режима Доброго, вся налаженная система распределения работ, пайков и норма выдачи воды рухнула. И даже при том, что население, после резни и бегства русских стало меньше двухсот человек, еды и воды на душу населения выходило МЕНЬШЕ, чем это было при бандитах.
Половина огородов с этим говённым ‘силосом’ без полива и ухода просто высохла. Витаминов не хватало, люди жили только за счёт рыбалки и сбора моллюсков. Охота, в этих бедных, засушливых местах была очень скудной. Американцы и арабы устроили две экспедиции по берегу в разных направлениях. Янки вернулись через две недели, едва волоча от усталости ноги. Арабы продержались в пустыне дольше. Ополовиненная экспедиция вернулась только через месяц и сообщила что на восток, вдоль берега вообще ничего нет. Только песок, глина и пыль. ‘А хорошо, что я блокнотик тот прикопал’ Литовец проверил удочки и пошагал в сторону моря.

‘Безумству храбрых поём мы славу!’
– А скажи мне, мил-человек…
Когда эти слова, произнесённые за его спиной на русском языке, дошли до сознания рыбака, он решил, что просто перегрелся на солнышке.
– … рыбка ловится? Или так, в своё удовольствие посидеть решил?
Старпом обернулся. В пяти шагах позади него, улыбаясь во все свои тридцать два зуба, стоял Иван. Из глаз Аудрюса сами собой градом хлынули слёзы.
– Переводи ему. – Маляренко оглядел делегацию, прибывшую к нему на переговоры на пляж. Два американца, араб, индус и мелкое чмо непонятного происхождения. – Сюда – ни шагу. Этот пляж мой. Сунетесь – убьём!
Франц и Игорь, сидя на палубе ‘Беды’, продемонстрировали свои автоматы. Янки с уважением кивнули, а мелкое чмо требовательно протянуло руку и что-то заверещало. ‘Тьфу ты! Король, блин, Джулиан’
Араб неторопясь развернулся и отвесил карлику тяжеленного пинка, тот заткнулся и порысил обратно в посёлок.
– Он говорит, они согласны. Корзина картофеля за женщину из списка сейчас и обещание вывезти их отсюда позже – это справедливо.
Араб говорил тихо и очень вежливо, а вот американцам такой договор совершенно не понравился. И если бы не автоматы (в которых, кстати, не было ни одного патрона) и Ванин пистолет (одна полная обойма), то, судя по их лицам, уже сейчас бы вовсю шёл штурм лодки. ‘А вот хрен вам!’
– Сейчас мы уйдём в море. Далеко. Утром вернёмся сюда. На пляже должен быть Аудрюс и с ним двадцать женщин. Ну, или те, кого он сможет нынче вечером уговорить. ‘Хотя бы десяток, для начала’
В то, что вот так, очертя голову, женщины рванут в неизвестность, Иван не верил.
– Давай, парень, я на тебя надеюсь.
Литовец молча пожал Ивану руку и, взвалив на плечо ‘пробник’ – тяжёлую корзину с картошкой, луком и кабачками, потопал в посёлок. ‘Надеюсь, мы с тобой всё-таки ещё свидимся’
– Иван, ты верить им? – С Франца можно было лепить скульптуру ‘Сомнение’. Маляренко показал половинку ногтя мизинца.
– Ни на вот столько не верю. Лукин согласно кивнул.
– Байдарка-то моя, двухместная, где-то там, – он ткнул пятернёй в сторону берега, – и вернёмся ли мы за ними потом – они не знают.
– Ja. Я, как они, делать риск.
‘Угу, я бы тоже, на их месте рискнул. Эта лодка – единственный шанс на выживание, если всё то, что Аудрюс рассказал – правда’
– Жаль его. Лукин похолодел.
– Вы думаете…?
– Да что тут думать. Война план покажет. Иван зевнул и спрятал замызганный блокнотик в карман.
– Франц, выходи в море. Всем, пока не стемнело – спать.
– Хорошо, что Луна полная, – Лукин прикидывал, как далеко можно будет засечь тёмную байдарку при свете Луны, – повезло. Ваня жалостливо поглядел на прапорщика.
– Повезло.