В своём мире Рамина никогда не пасовала перед сложностями, никогда не останавливалась и не сдавалась, гонимая вперёд желанием жить на полную. Но случилось так, что страшная болезнь стала непреодолимым препятствием для неё. Но таким ли непреодолимым? Что выбрать, когда тебе предлагают новую жизнь, в новом мире и чужом теле?
Авторы: Островская Ольга
самым носом, заявив, что с магическим истощением питаться надо хорошо, чтобы восстанавливаться быстрее. Да кто ж против? Было бы чем.
А насытившись, я действительно почувствовала себя намного лучше. И в комнату вернулась уже не раненной улиткой, а вполне себе уверенной черепахой, игнорируя любопытные взгляды встречающихся мне будущих попутчиков. Потом, как я и предполагала, проснулась Лале, поход на кухню повторился, но теперь уже с её участием и покормили теперь уже нас двоих. Я снова не стала отказываться, потому что, как ни странно, снова проголодалась. Ну а вечер провела, наблюдая из-под полуприкрытых век, как постепенно оживает наша кроха, общаясь и играя с другими детками в общем зале. Поглядывая на меня, стесняясь, немного несмело, молчаливо, но всё же с явным удовольствием. Так нас и застала проснувшаяся Гапка. Окинув мою сгорбившуюся на лавке у стены фигуру, она тут же запричитала.
— Ромин, тебе ведь лежать побольше надо, чтобы восстанавливаться. Ты почему меня не… разбудил?
— Потому что ты устала и тебе надо было отдохнуть, — улыбнулась я уголком рта. — Не ворчи, бабушка. Со мной всё хорошо.
— Вижу я это «хорошо», — проворчала она. — Вон уже едва сидишь. Иди-ка ты спать, а я дальше сама за нашей Лялей посмотрю. Завтра тяжёлый день.
Я могла бы поспорить, но сил действительно почти не оставалось. Спать хотелось немилосердно. Так что, поцеловав в макушку насторожившуюся мелкую и успокоив, что я всего лишь спать, а не исчезать, обняв благодарно Гапку, поплелась в выделенную нам комнату. А там выключилась, как только коснулась головой подушки.
— Рами? — слышу я слегка удивлённый голос Тая.
Подняв голову, встречаюсь с его изучающим взглядом. Не поняв сначала в чём дело, опускаю глаза и окидываю себя взглядом. Вот те раз. Я, оказывается, явилась к нему в сон уже не в виде спортивной высокой кудрявой брюнетки, а в облике миниатюрной и женственной Мирэн. Неужели настолько привыкла к этому телу?
— Ты так сейчас выглядишь? — интересуется мужчина с нескрываемо довольной улыбкой, подходя ближе, проводя ладонью по длиннющей косе, обнимая и прижимая к себе.
— Нет, — фыркаю я, вспомнив о расквашенном носе и синяках под глазами. — Сейчас я замаскированна так, что меня мама неродная не узнает. И папа с женихом тоже. Но если ты о теле, то да. Нравлюсь?
— Ты мне и прежняя безумно нравилась, — отстраняет он меня немного, рассматривая моё запрокинутое лицо, простое белое платье, точнее то, что под ним. Что-то между нами однозначно изменилось с тех пор, как я попала в этот мир. От этого собственнического мужского взгляда всё внутри дрожит и переворачивается. — Но, пожалуй, я рад убедиться, что ты теперь не парень. Это бы нарушило мои на тебя планы.
Ах да. Найти и сделать своей. И тут-то до меня доходит, что я помню свой предыдущий сон. Тот в котором он меня… о-о-о. Так вот почему я проснулась в таком состоянии.
— Я действительно ничего не помнила, — шепчу ошарашенно, заглядывая Таю в глаза. — Проснулась и даже не была уверена, что с тобой во сне была.
— Не уверена, говоришь? А тебе ещё кто-то может сниться? — сужает потемневшие глаза Тай. И его ладони на моей талии ощутимо тяжелеют.
— Ну сны — это такая ненадёжная штука. Мало ли кто мне может присниться, — тяну задумчиво, а в следующий миг оказываюсь впечатана в большое пышущее ревностью тело.
Закусив губу, чтобы не рассмеяться, смотрю в темную синеву его глаз, когда он склоняется ко мне и завладевает ртом в столь желанном жадном поцелуе. И с наслаждением запускаю пальцы в мягкий шёлк его волос, целую в ответ, лаская с неменьшим жаром, пробуя языком его на вкус, как и он меня. Большие ладони подхватывают меня под ягодицы, прижимая ещё ближе, раскрывая мои бёдра, чтобы вжаться между них. Неся меня куда-то с нескрываемыми намерениями.
— Тай, постой. Тай, мне нельзя, — хриплю в его губы, сама не в силах оторваться.
— Почему? — прикусывает он мою губу.
— Рядом со мной ночуют мои попутчицы. Я себя выдам, — признаюсь ему, и сама же целую мужественную линию подбородка.
— И как ты себя выдашь? — хмыкает он.
— А то ты не понимаешь? — утыкаюсь лицом в его шею, мечтая вдохнуть его запах в реальности.
— Неужели всё так явно? — излишне веселится кое-кто.
— А у тебя, значит, не явно? — гневно сужаю я глаза.
В ответ слышу его многозначительный смешок. Тай усаживается куда-то, и я снова оказываюсь у него на руках. Оглядываюсь вокруг и понимаю, что декорации изменились с прошлого раза. Это помещение далеко не такое богатое, как то, в котором я видела. Чистая опрятная комната с большой, но невысокой кроватью, на которой мы и сидим, стол, ковёр, парочка стульев и столько же диванчиков,
