Найди меня

нельзя, не то положение сейчас в Аламоре. Значит, в любом случае, придется жениться.
Почему-то мысль о женитьбе кольнула в сердце иглой. А взгляд в это время не отрываясь следил за девушкой с серебристыми волосами. К ней сейчас подошла пожилая пара из пленников. О чем-то говорили, оживленно жестикулируя.
Странное несоответствие бросилось в глаза королю.
Нищенский скарб никак не сочетался с ее внешностью и повадкой. За версту видно, что она леди. И бесформенно выцветшее от времени струшечье платье не могло этого скрыть. Рихарт поморщился, понимая, возможно, он видит то, чего нет. И все же он видел это.
И не мог побороть непонятно откуда возникшее тайное желание заботиться о ней. Этому даже нашлось разумное объяснение. Как король, он просто обязан позаботиться обо всех, пострадавших. И он позаботится.
Не хотел себе признаваться, но чем дальше, тем больше крепла безотчетная уверенность, что не позволит девушке просто взять и бесследно исчезнуть из его жизни. Пусть она и не та, что была ему обещана. Слишком странные чувства она в нем вызывала.
Между тем, пожилая пара стала что-то очень убедительно доказывать, норовя утащить девушку в сторону, а она вдруг обернулась, показывая им на свою телегу. Те замахали руками, снова что-то говорили, убеждали.
***
Он остановился не доходя. И сделал вид, что осматривает одну из повозок. Даже зачем-то поворошил сложенное на ней барахло. Наверное, для большего правдоподобия.
Разговор, который он жаждал услышать, шел на повышенных тонах. Пожилой мужчина, судя по одежде, лавочник, наседал, а полная женщина, по-видимому, его супруга, вторила:
— Даже не думай об этом! Куда ты пойдешь одна с маленьким ребенком?! Сама говоришь, нигде дальше своей деревни не бывала!
— Ну что вы, мне право неудобно… Вы и сами пострадали, да еще мы вам на шею навяжемся, — девушка покраснела, прижав руки к груди.
Понятно. Они зовут ее с собой.
Глядя как бы в сторону и одновременно прислушиваясь, Рихарт невольно отметил, как тонки и изящны ее пальцы, как внезапно вспыхивает румянец на нежной белой коже. Как должно быть прекрасно, когда он расцветает не только на лице, но и на теле, а пальцы касаются…
Мотнул головой, понимая, что его совершенно не туда понесло. Просто не бывает крестьянок с такими изящными руками и такой нежной кожей. Или бывает?
Это породило еще несколько вопросов. Она сказала, что жила в деревне. В какой? Где?
А женщина вдруг оглянулась на мальчика, словно ища у него поддержки. Будто советовалась с трехлетним ребенком. Странно это было.
Однако… Король понял, что его интерес не остался незамеченным. Фарэйн нет-нет, да и поглядывал с любопытством, остальные его люди отводили глаза. Его взяла досада.
Для начала незачем давать людям повод глазеть. Решив все для себя, Рихарт направился в палатку, которую еще недавно занимал Харт. По дороге велел передать Фарэйну, чтобы подошел.
В палатке был заметный беспорядок, Рихарт брезгливо поморщился.
— Сир?
— Пусть приведут того пожилого торговца и его жену. Да, и задержи отправку обоза.
Брови сотника полезли вверх, но он молча поклонился, спросил только:
— Харта и заключенных отправлять?
— Разумеется, — процедил король сквозь зубы, мысли его были заняты вовсе не Хартом.
Пожилого лавочника и жавшуюся к нему супругу доставили через несколько минут. Король недовольно оглядел испуганных людей, ему вовсе не хотелось их пугать, но уж как вышло. Вопросы начал задавал издалека, все больше о том, как они попали в плен к Харту, что случилось по дороге. Постепенно люди расслабились, отвечали охотнее. И уже без страха рассказали о себе.
У торговца была небольшая лавка магических товаров в тихом районе Астельхаса. Пара бездетная. От них он узнал, что девушку зовут Софи, а ее сынишку Нол.
— Давно знакомы с ней? — как можно равнодушнее спросил Рихарт.
Оказалось, только что познакомились. Собственно, прежде познакомились с мальчиком, а уже потом с его матерью.
— Как я понял, вы предложили этой… женщине ехать с вами?
Те дружно закивали, и стали наперебой объяснять, что они одинокие, а маленький ребенок им будет как внучек. Задав для вида еще пару вопросов, король отпустил обоих, но прежде велел обратиться к лорду Фарэйну, что тот выделил пособие. Предлагать женщине деньги он почему-то не захотел.
Обрадованный лавочник сто раз благословил доброго господина и они с женой поспешили удалиться. А Рихарт остался в палатке один. Теперь король хотел поговорить с ней наедине.
Но прежде снова вызвал командующего сотней.
— Фарейн, этому торговцу и молодой женщине с ребенком, что поедет