Найди меня

бы как зомби ждала звонка. Так все и получалось, что ей надо просто успокоиться и запастись терпением.
Ждать.
Ужасное слово.
Очередной стук в дверь заставил Соню вздрогнуть.
***
Фарэйн с утра занимался множеством обычных дел, в числе которых были ежедневные спарринги и тренировки его людей, агентурная работа, потому что поиски по приказу короля не прекращались, взаимодействие с городскими властям, которые в данный момент были у него в подчинении.
И посещение особо важного заключенного, состояние которого постоянно контролировал городской маг.
— Как он? — негромко спросил Фарэйн, вглядываясь в скрытое мороком постоянно менявшееся лицо человека.
— Понемногу приходит в себя, но все еще без сознания, — ответил маг, поправляя на руках заключенного мощные артефакты подчинения.
Сегодня утром по тайному запросу его величества подземный каземат посещал представитель церкви. Священнослужитель, занимавшийся особыми расследованиями внутри ордена. Он и оставил сдерживающие артефакты.
Церковь весьма неохотно и под большой тайной, но признала в заключенном одного из своих адептов. Дело кукольника, что называется, плохо пахло, и грозило многими разоблачениями, если дать ему ход. Это понимали все, потому и настаивали на строгом соблюдении секретности.
Постояв еще немного, Фарэйн покинул подвал. Слишком уж мрачные мысли это место навевало. Да и сам узник. Впечатления и ощущения весьма двойственные. С одной стороны, несчастная жертва, с другой — подлый и бессердечный интриган, у которого руки по локоть в крови.
После этого ему необходимо было развеяться и получить немного положительных эмоций. Иными словами, сделать то, о чем он заставлял себя не думать с самого утра — наведаться в лавку. Поговорить с беловолосой леди.
О чем? Хотел задать ей пару вопросов, постараться вывести на откровенность? Да, но на самом деле сотнику хотелось просто поговорить с этой удивительной женщиной. Погреться под взглядом синих глаз, пусть даже эти глаза смотрели на него настороженно.
Яд в сердце? Он ведь не хотел об этом думать и осознавать, но было именно так.
— Добрый день, лорд Фарэйн.
— Добрый, леди Софи, — сотник поклонился, осознавая, что леди не слишком рада его видеть.
— Понравился ли вашему другу подарок? — спросила, одарив его мимолетной улыбкой.
— Пока не знаю, мой друг в столице. Отправил только вчера, — ответил тот, застыв на мгновение под ее взглядом.
Простая вежливость, а у него екнуло сердце.
Фарэйн осознал, что ловит ее взгляд, ищет… Чего он там ищет, идиот?! Глупость какая…
В душе что-то перевернулось, мужчина понял, что не справляется с собой, и если так дальше пойдет, ему лучше уйти.
Еще несколько дежурных фраз, а потом Фарэйн действительно ушел, так и не задав ни одного из своих вопросов. Зато унес в кармане очередной бесполезный предмет — медальон с большим лунным камнем в серебряной оправе — волчий талисман.
Зачем он его купил? А черт его знает. Наверное, потому что в какой-то миг захотелось завыть, как волку на луну?
Снаружи Фарэйна с хмурым видом поджидал Фил, один из семерки рыцарей, приставленной по приказу короля охранять лавку. Остальные маячили у поворота в конце переулка.
— Мой лорд, позвольте обратиться с вопросом, — проговорил негромко.
Фарэйн кивнул, почуяв неладное, слишком уж серьезный вид был у ветерана, не в его правилах было уходить от вопросов.
— Мой лорд, зачем вы появляетесь в лавке каждый день?
Вот так. Не в бровь, а в глаз.
— Не ваше дело.
— Наше, мой лорд. Мы, — тут он сделал движение, мотнув головой в сторону группки рыцарей, стоявших в отдалении. — Приставлены охранять леди Софи.
— И ты решил, что твой сотник угрожает безопасности леди? — заносчиво бросил Фарэйн, испытывая одновременно и стыд и жгучую досаду.
— Нет, мой лорд. Я беспокоюсь за ее покой. И ваш покой тоже.
Минуту они буравили друг друга взглядами, потом Фил проговорил едва слышно:
— Мой лорд, насколько я могу судить, леди Софи наша будущая королева. И…
В тот момент Фарэйн испытал острый укол в сердце, но этот укол неожиданно принес просветление и освобождение. Он не дал договорить ветерану, дружеским жестом положил ему руку на плечо и крепко сжал. А потом сказал:
— И мы будем первыми, кто присягнет ей на верность.
— Спасибо, мой лорд, — с явным облегчением кивнул Фил. — Простите, если что не так.
— Тебе спасибо за верную службу, — Фарэйн уже снова был собой.
Пошел по переулку не оглядываясь, испытывая удовлетворение, оттого что все закончилось, и странное горько-сладкое чувство, будто его коснулось нечто волшебное,