Когда любимый мужчина женится на твоей подруге, это горько. Особенно, если подруга ни о чем не подозревает. Еще горше, когда он цинично предлагает не усложнять и встречаться дальше, как будто ничего не случилось. Соня в состоянии пережить предательство, надо просто уехать, чтобы его больше никогда не видеть. Только и этому не суждено сбыться – тайный разговор был подслушан, и от нее решают избавиться. Чисто, незаметно и желательно с концами. Однако Соня не умрет, шторм унесет девушку в другой мир. Туда, где ее давно уже ищет и ждет мужчина, которому она предсказана. Но вот вопрос, сможет ли он найти ее… Вбоквел к роману «Проданная королева»
Авторы: Екатерина Руслановна Кариди
но прошло стороной.
А еще зарекся заниматься дальнейшими расследованиями. Пусть его величество сам разбирается. Видит Бог, он сделал, что мог.
Постепенно настроение выправилось, а к тому моменту, когда сотник вернулся в резиденцию, так и вовсе был готов с головой нырнуть в дела. Только пальцы время от времени касались гладкой поверхности старинного лунного камня, заключенного в медальоне, и от этих прикосновений ему почему-то становилось хорошо и спокойно на душе.
А к вечеру очнулся тайный заключенный.
Каманга* — провинция на севере Аламора, уроженцы которой в некоторых вопросах сродни нашим габровцам.
В тот день у короля с утра было намечено посещение верховного координатора ордена. Хоть церковь и крайне неохотно посвящала мирскую власть в свои тайны, первосвященник не посмел отказать королю.
А уж вопросы, которые поднимались в переговорах с глазу на глаз, оказались крайне неприятными. О произошедших в прошлом году таинственных убийствах, о заговорах. И главное, конечно же, касалось мутного и запутанного дела с внебрачным сыном короля Угарта.
Верховный священник вынужден был признать, что все эти годы покрывал преступление покойного короля. Когда подтвердились подозрения, по чьему приказу это было сделано, Рихарт спросил:
— Кто наложил морок?
— Не я, — только и ответил первосвященник. — Кто это сделал, не могу сказать. Достаточно того, что его уже нет в живых.
Король бросил тяжелый взгляд на старика с острыми пронзительными глазами, догадываясь примерно, кого тот имел в виду. Скептически усмехнулся:
— Очень удобно повесить все на мертвого, не так ли, ваше святейшество?
— Это дело церкви. Она сама в состоянии покарать своих адептов, сир, — ответил тот.
Рихарт чуть подался вперед, медленно и негромко проговорил:
— Ваше право сделать это собственными руками. Но поверьте, я не допущу, чтобы участие в заговорах и преступления против короны остались безнаказанными.
— Вы мне угрожаете? — резко дернулся старик.
— Я ставлю вас в известность. У вас не так много времени. И совсем нет выбора. Сделайте это сами, или я взыщу по полной не только с вас, но со всего ордена.
Было в тот момент что-то сверхъестественное во внешности короля.
В его взгляде. В ауре силы и власти, вившейся вокруг. В правоте. Потому что первосвященник мгновенно ощутил благоговейный страх и раскаяние.
Он уже очень много лет управлял орденом, привык к власти над мирянами и беспрекословному подчинению. Даже короли трепетали перед орденом, потому что запредельное, с котором приходилось прикасаться священнослужителям, делало их сопричастными к таинству.
Но то, что первосвященник видел перед собой сейчас, заставило его испытать ранее неизведанные чувства. Может быть, потому он и подчинился покорно, а может быть, из-за того, что в действительности испытывал вину за давно прошедшее?
— Да, сир, — кротко проговорил он, опуская глаза. — Виновные будут наказаны.
— Я также хочу, чтобы моему единокровному брату вернули лицо.
— Ваше величество, — первосвященник виновато развел руками. — Это невозможно. Такой ритуал не имеет обратной силы.
Король нахмурился.
— В таком случае, должен быть проведен ритуал выведения крови, а его имя объявлено публично. Я хочу подтвердить кровное родство.
— Сир, зачем это вам? — искренне изумился первосвященник. — Вы же сами сказали, что он государственный преступник и будет заточен пожизненно?
— Потому что он мой единокровный брат. И он имеет право на имя. И наказание за его преступления этого права не отнимает.
— Да… он ваш единокровный брат… Хорошо, сир. Все будет исполнено.
— Благодарю, святой отец.
Рихарт поднялся, старика измотал разговор, он хотел встать тоже, но неловко опустился в кресло.
— Простите, сир.
Король остановил его жестом.
— Не вставайте, ваше святейшество, — а потом добавил. — У меня есть личная просьба.
Первосвященник поднял на него глаза и с готовностью кивнул.
— Прошу провести церемонию моего бракосочетания через четыре дня.
— Разумеется, государь, — заулыбался старик, эта тема для разговора была куда безопаснее — Давно пора, ваше величество. Приятно слышать, что отбор невест помог вам определиться с выбором.
Король странно поморщился и сказал, почесав бровь:
— Видите ли, ваше святейшество, так уж вышло, что отбор невест помог определиться с выбором моему лорду-канцлеру. А я выбрал себе невесту сам.
С минуту старик смотрел на молодого, мудрого не по годам и несгибаемого мужчину, и думал,
