Я — игрушка, отданная за долги собственным отцом. Я — всего лишь человек, а они — из древней расы, которую мы называем именем созданий ночи из человеческих легенд. Я — источник необходимой для их жизни жидкости, дойная корова, за которой заботливо присматривают, как на ферме. Так я думала, попав в дом двух братьев-аристократов, и будущего для себя не видела.
Авторы: Стрeльникoва Kирa
а вместе с ним — страх, что его заметят и спросят, и мне придётся отвечать. А ведь лорд Мартин сказал, он не хочет слышать больше ничего о моём стеснении. Неожиданно глаза защипало от странного, кратковременного приступа жалости к себе, однако хватило всего лишь одного слова младшего вампира, чтобы я взяла себя в руки.
— Леллиаль.
Полное имя, с едва заметными нотками нетерпения и недовольства. Я прикусила губу сильнее и завозилась с пряжкой дрожащими пальцами, стараясь не думать о том, что буду делать дальше. Ведь можно просто закрыть глаза… Чуть наклонить голову, чтобы это не было заметно. Ну не находила я в себе смелости настолько близко изучить анатомию мужчины, Господи! Несмотря на то, что случилось вчера, несмотря на приказание лорда Мартина, я безумно смущалась, да. Интерес присутствовал на самой границе сознания, не настолько сильный, чтобы переступить через застенчивость. Я предпочитала ощущать, а не рассматривать.
Бурливший в крови коктейль эмоций окатывал попеременно то жаром, то прохладой, по спине кругами расходились мурашки, и я настолько сосредоточилась на деле — с пряжкой справилась, теперь осторожно… аккуратно… пуговицы, чтобы ещё и не коснуться того, о чём старалась даже не думать лишний раз, — что не услышала шагов лорда Мартина. Только когда на мои плечи легли тяжёлые, горячие ладони, я вздрогнула и судорожно вздохнула, чуть не подпрыгнув от неожиданности.
— Ты же не стесняешься, Лёлечка? — вкрадчиво спросил лорд Мартин, прижавшись ко мне, его ладони накрыли мою грудь, наполовину прикрытую тонкой тканью платья.
— Н-нет, — запнувшись, ответила я и всё-таки зажмурилась, ухватившись за пояс штанов Валентина и дёрнув их вниз.
Попкой я чётко ощутила, что старший носфайи полностью обнажён, и это немного отвлекло от собственных действий, направив мысли в прежнее непристойное русло. Внизу живота всё сладко сжалось, лишь стоило представить, как… Додумать не успела: руки Мартина опустились на мои бёдра и его хриплый, нетерпеливый голос произнёс:
— Пожалуй, теперь ты, крошка. Подними руки.
По-прежнему не открывая глаз, я послушно подняла руки, и через несколько мгновений одежды на мне уже не было. А по тому, что голос лорда Валентина раздался со стороны кровати, я поняла, что он бесшумно переместился уже туда.
— Иди ко мне, Лёля.
Пришлось открыть глаза и посмотреть. Лорд Валентин полулежал, вальяжно облокотившись на подушки, и на его полностью обнажённом теле играли отблески огня, и я, заворожённая этим зрелищем, послушно сделала шаг, потом ещё один, и ещё. Младший вампир не сводил с меня пристального, голодного взгляда, в котором читались все непристойные желания, и от этого от шеи до пяток бешеными блохами скакали мурашки. Мои пальцы невольно сжались в кулаки, я старалась смотреть только на лицо Валентина, на котором блуждала хищная, предвкушающая усмешка, хотя нет-нет да тянуло опустить взгляд ниже, на грудь, плоский живот с кубиками мышц, ещё ниже… Я чуть не споткнулась, но удержалась, приблизилась к краю кровати и залезла, всей кожей ощущая, как глаза лорда Мартина блуждают по моей спине и попке. Валентин же наклонился, ухватил за руки и настойчиво потянул к себе, не выпуская из плена своего взгляда.
— Садись сверху, — последовало очередное приказание, и переспрашивать не стала — и так всё понятно.
Изнутри как облили горячей карамелью, я прерывисто вздохнула и… глаза сами опустились, когда пришлось сесть верхом на бёдра младшего вампира. Он всё так же держал мои запястья, легонько подтягивая к себе и вынуждая совсем плотно приблизиться к твёрдому, гладкому стволу, словно только и ждавшему, когда… я приму его в себя… Беззвучно охнув, я судорожно вздохнула, мой взгляд метнулся к лицу Валентина, а собственное лицо вспыхнуло так сильно, что показалось, кожа испарится, оставив обнажённые мышцы и нервные окончания.
— Ближе, девочка, — мягко произнёс он и завёл мои руки себе за плечи — я почти легла на него, животом чувствуя напряжённое достоинство младшего носфайи. — Я не буду тебя привязывать сегодня, Лёля, но ты должна крепко держаться и не разжимать пальчики, что бы с тобой не происходило, — тем же тоном добавил Валентин, и спину словно закололи сотни невидимых иголочек. — Пока я не разрешу.
Сердце ёкнуло, в животе всё поджалось, и я уставилась в чёрные провалы глаз с тонким серебристым ободком. К волнению примешался терпкий вкус страха, но я не смела ослушаться и только кивнула, стараясь дышать размеренно и глубоко.
— Да, милорд, — почти шёпотом выговорила, с трудом сглотнув ставшую вязкой слюну.
Спросить, что он собирается со мной делать, храбрости не хватило, и мне оставалось лишь ждать и надеяться, что
