Я — игрушка, отданная за долги собственным отцом. Я — всего лишь человек, а они — из древней расы, которую мы называем именем созданий ночи из человеческих легенд. Я — источник необходимой для их жизни жидкости, дойная корова, за которой заботливо присматривают, как на ферме. Так я думала, попав в дом двух братьев-аристократов, и будущего для себя не видела.
Авторы: Стрeльникoва Kирa
игрушку, — Валентин потряс браслетом и небрежно бросил обратно в футляр. — И беспрекословно выполняла бы все указания Доминика. На нём ещё и что-то вроде разжигателя любопытства, так что, в любом случае, ты к браслету притронулась бы. Для меня это просто безделушка, не более.
Мои брови поползли вверх, я с опаской покосилась на футляр.
— Но защита дома меня бы всё равно не выпустила, я бы не смогла уйти, даже подчиняясь ему, — пробормотала обескураженно, запоздало испугавшись ещё раз, и порадовалась, что кольцо защитило меня.
Ох, теперь понимаю Валентина и его злость, наверное, я бы тоже разозлилась, захоти кто отнять у меня… любимую и бесконечно дорогую игрушку.
— Вот поэтому я завтра на работе подробнее изучу, какие ещё секреты есть в этой безделушке, — голос вампира звучал зловеще, и я порадовалась, что его эмоции не на меня направлены. Спрятав футляр в кармане, Валентин снова посмотрел на меня. — Чем занималась, Лёля?
— Так, ничем особенным, — я махнула в сторону кружева. — Почитала немного, потом вязала.
Носфайи поднялся, внимательно посмотрел на меня и, ухватив за подбородок, коснулся губ неожиданно нежным поцелуем. Я качнулась навстречу, ответив прежде, чем осознала, что делаю, кровь быстрее побежала по венам. Валентин не ограничился просто прикосновением, поцелуй вышел настоящим, долгим, и в нём не было грубости. Язык вампира поглаживал мои губы, заставляя их раскрыться, как лепестки розы под утренним солнцем, Валентин посасывал их, легонько покусывал, но без боли, продолжая удерживать моё лицо лишь пальцами. В какой-то момент я не выдержала, прильнула к нему всем телом, закинув руки на шею, бесстыдно прижалась, смело приняв пикантную игру, и уже сама дразнила, прикасалась языком, хмелея от собственной откровенности. И пусть многие бы, наверное, осудили меня покладистость, за неумение бороться до конца и сопротивляться, но… Я такая, какая есть, и мне хорошо в этом доме. Несмотря ни на что. Сегодня я окончательно это осознала.
Ладони Валентина скользнули по моим плечам, сжали талию, и я низом живота ощутила, что ему нравится мой порыв, очень. Но он отстранился, и когда я встретилась с ним взглядом, заметила, как в серебристой глубине мелькнуло сожаление. Вампир довольно улыбнулся, погладил большим пальцем мои приоткрытые, влажные губы и сказал:
— Спускайся в библиотеку, Лёля. Обсудим кое-что.
Серьёзность его тона не вязалась с улыбкой, и у меня от непонятного волнения ёкнуло сердце. Что хотят со мной обсудить? Неужели мою дальнейшую жизнь здесь? Она как-то изменится? Но я не стала задавать лишних вопросов — Валентин сам всё скажет, — только кивнула и поспешила к двери. Однако едва моя ладонь коснулась ручки, как вампир снова заговорил.
— Леллиаль, — позвал он, и я обернулась, несильно вздрогнув — почему назвал полным именем? Носфайи смотрел, чуть прищурившись, и по телу прошла волна холодных мурашек. — Доминик любит сначала связать, потом выпороть до крови, а на сладкое, вместе со своими приятелями, трахать, пока есть силы.
Меня как в ледяную прорубь окунули, едва вспомнила вчерашнее поведение любовника Карины и его прозрачные зелёные глаза, похожие на стылое северное море. А уж после заявления Валентина, не верить которому у меня не было причин, я в очередной раз порадовалась, что попала в дом к лордам Харрэлам, и их родовой амулет принял меня. Скованно кивнув, я поспешно вышла в коридор и направилась к лестнице, испытывая настоятельное желание посидеть у камина, погреться у живого огня. Значит, вчера это ещё невинные шалости были, и мои хозяева уберегли от другого, куда менее привлекательного и возбуждающего — для меня — зрелища. За что им, опять же, большое спасибо.
Постепенно напряжение немного отпустило, мысли о Доминике отошли на задний план, а когда я дошла до лестницы, входная дверь открылась и в холл вошёл Мартин. Хмурый и явно недовольный, и я даже знала, чем. Тут же захотелось подойти, пригладить тёмные волосы, заглянуть в янтарные глаза. Дать понять, что я рядом и уходить не собираюсь, несмотря ни на что. Он поднял голову, наши взгляды встретились, и я всё-таки улыбнулась. Открыто и легко, и начала медленно спускаться, не опуская глаз. Мартин молчал, пока я не дошла до середины лестницы, а потом всё же негромко спросил:
— Леллиаль?
Продолжая спускаться, я так же негромко ответила:
— Приходил лорд Доминик и пытался подарить мне подарок с подвохом, но у него не получилось. Ваше кольцо спасло, — я сошла с последней ступеньки, приблизилась к старшему вампиру и остановилась почти вплотную, всё так же глядя ему в глаза.
Поколебавшись, медленно подняла руку и робко коснулась его щеки, уже немного колючей — Мартин
