Я — игрушка, отданная за долги собственным отцом. Я — всего лишь человек, а они — из древней расы, которую мы называем именем созданий ночи из человеческих легенд. Я — источник необходимой для их жизни жидкости, дойная корова, за которой заботливо присматривают, как на ферме. Так я думала, попав в дом двух братьев-аристократов, и будущего для себя не видела.
Авторы: Стрeльникoва Kирa
непроизвольно сжались, и зашевелились шарики, и я чуть не охнула в голос от лавины ощущений. Тело охватила приятная дрожь, а Валентин всё так же держал в плену серебристого взгляда, и юбка неумолимо поднималась, оголяя колени, бедро, край чулка и подвязку. Прикосновение прохладной ладони к уже ставшей чувствительной коже над кружевом чуть не заставило подпрыгнуть, и пришлось крепко сжать кулаки, чтобы не вцепиться в ткань. Как оказалось, лорд Валентин подмечал малейшее изменение эмоций на моём лице, или чувствовал через кулон, я не знаю. Но от следующих его слов по спине сползла огненная змейка мурашек.
— Убери руки за спину, Лёля.
Ой. Что он будет делать?! Что задумал? В тот момент меня совершенно не волновало, осталась ли Карина в доме, и зачем она вообще приезжала. Мои мысли и чувства сосредоточились на ладони лорда Валентина, неторопливо гладившей моё бедро, забираясь всё выше под юбку. Щёки вспыхнули от пикантности ситуации, температура подскочила, тело медленно плавилось от жидкого огня, в который превратилась кровь. Улыбка младшего вампира стала шире, он наклонился совсем низко ко мне, почти касаясь моих приоткрытых в волнении губ, а его пальцы мягко погладили ставшую болезненно чувствительной кожу и переместились на мою попку.
— Какая послушная девочка, — вкрадчиво прошептал он довольным голосом и чуть сжал, заставив податься немного вперёд.
Теперь пылало всё лицо, и никуда было не деться от пронизывающего, властного взгляда, видевшего, казалось, насквозь. Валентин же, обняв меня второй рукой, развернул и привлёк к себе спиной, при этом его ладонь так и оставалась под моим платьем. Волнующе, неприлично, и так восхитительно приятно!
— А теперь проверим ещё кое-что, — мурлыкнул лорд Валентин, прижавшись ко мне щекой, и нежно погладил самый низ живота, будто случайно задев остававшиеся там кудряшки.
С моих губ сорвался вздох, голова сама откинулась, и я прислонилась к плечу младшего носфайи, с дрожью ожидая следующих действий милорда. Шарики внутри снова задвигались, я едва не застонала, поймав горячую волну наслаждения, стремительно расходившуюся из самой глубины моего существа и за ней оставался шлейф обжигающего желания. Сопротивляться я не могла, слишком уж сильные чувства будили во мне прикосновения лорда Валентина — и шарики тоже. Хорошо, его рука держала меня крепко за талию, не давая упасть, потому что колени уже подгибались.
— Ножки пошире, Лёля, — хриплый, нетерпеливый голос вампира обжёг ухо, и его колено настойчиво раздвинуло мои ноги.
Отвлекая, его губы мягко накрыли мои, лаская, посасывая, Валентин легонько прикусывал и тут же зализывал, не спеша проникать в мой приглашающе приоткрытый рот. От этой неожиданной нежности я растерялась настолько, что позабыла о смущении и послушно расставила ноги на ширине плеч, дав возможность его пальцам уверенно скользнуть между складочек, задеть пульсировавший в такт суматошно бившемуся сердцу чувствительный бугорок… Я не удержала короткого, глухого стона, крепко зажмурившись и тяжело дыша, бёдра бесстыдно подались навстречу ласкающей руке, красноречиво выдавая меня с головой, и к пряному удовольствию от происходящего примешалась перчинка смущения и стыда. Да, о, Господи, я не могла так быстро принять правильность происходящего со мной, пусть даже мне нравилось, не могла!
— Такая горячая, уже готовая, Лёлечка… — откровенное замечание, сказанное всё тем же хриплым шёпотом, родило россыпь щекочущих мурашек по спине и мягкую истому, окутавшую до кончиков пальцев на ногах.
Я бессильно обмякла в объятиях лорда Валентина, кусая губы и не зная, чего хочу больше — чтобы он уже наконец проверил, что хотел, и отпустил, или… продолжил. И неважно, что сейчас всего лишь обед, а внизу возможно ждёт гостья. Пальцы младшего вампира легонько потянули за кисточку на конце жемчужной нити, но вынимать не стали — мышцы опять сжались, и у меня перед глазами засверкали разноцветные искры от пронзившей тело острой молнии наслаждения.
— Ты вспоминала нас, Лёлечка? — мурлыкнул мне в губы Валентин и снова одарил лёгким, игривым поцелуем, слегка пройдясь языком по контуру моего рта.
— Д-да, — пробормотала, беспомощно всхлипнув — пальцы носфайи продолжали гладить моё лоно, отчего оно увлажнилось ещё больше, а чувствительный бугорок болезненно заныл, требуя ласки.
— Готова повторить? — низкий, вибрирующий голос моего мучителя заполнил сознание, не давая отгородиться, подумать, осознать. — Я хочу, чтобы ты сказала, Лёля…
Валентин нежно нажал на горевший огнём кусочек плоти, и я не выдержала, громко охнула, резко сжав колени.
— Да-а-а!.. — кажется, это слово я буду повторять
