Назови меня своей

стеснения. Обнажённой меня уже видели, и не только видели, поздно и глупо смущаться, это я понимала. Хотя лицу всё же стало жарко, но скорее от того, что мой обострившийся слух уловил дыхание лорда Мартина — оно участилось. Платье осело вокруг моих ног, я осталась лишь в чулках и аккуратно переступила одежду, со всевозрастающим волнением и напряжением ожидая дальнейших указаний. Страх покалывал острыми иголочками то там, то здесь, переплетаясь с другими эмоциями, и я уже не могла сказать, боюсь ли самого наказания или того, что оно может мне действительно понравиться, как то связывание. В последнем случае мне придётся уживаться дальше с новой гранью моей личности, неожиданно тёмной и порочной.
— Подойди.
Я подчинилась, поймав себя на том, что сама задышала чаще, и от низа живота по телу начало расползаться тепло, а между бёдер всё болезненно заныло от сладкого предвкушения. Боже, помоги мне, даже воспоминания о том, что делала та женщина здесь, уже не пугали, а… Нет, нет, не буду думать об этом! Слишком уж пугающим было предвкушение, разливавшееся по венам горячим ядом.
— Протяни руки, — следующий приказ, и я послушно протянула, уже догадываясь, что будет дальше.
Мои запястья обернула полоска мягкого чёрного бархата, лорд Мартин завязал её хитрым узлом, соединив мои руки вместе и оставив длинный хвост. Палец старшего вампира приподнял мою голову за подбородок, наши взгляды встретились.
— Я чувствую, что ты боишься, Леллиаль, но и возбуждена тоже, — теперь его голос звучал обволакивающе, не так жёстко, как совсем недавно, и против моей воли я почувствовала, что внизу живота мышцы завязались в узел, вызвав болезненную судорогу желания. — Тебе нравится происходящее?
Врать не имело никакого смысла, тем более, он всё чувствовал и так.
— Да, милорд, — прошептала я осипшим голосом, волнение ударило в голову терпкой, обжигающей волной.
Носфайи склонил голову к плечу, улыбнувшись многообещающей, порочной улыбкой.
— Умница, — мурлыкнул он и дёрнул меня к себе, вынуждая подойти вплотную. — Если что-то пойдёт совсем не так, как тебе хочется, Лёля, используй слово… «жемчуг», — он намеренно сделал паузу и улыбнулся шире, потом наклонился к моему уху и совсем тихо добавил. — Но помни, я чувствую твои настоящие эмоции, и если ты их просто испугаешься, мы не остановимся.
В следующий момент на мои глаза опустилась повязка — я поняла, что это лорд Валентин. И дальше говорил уже он.
— Слушай свои чувства, Лёля, ощущения, — его голос обволакивал, проникал в каждую клеточку, рождал жаркую истому во всём теле, побуждая подчиниться, расслабиться, погрузиться в тёмный мир чувственности и наслаждения, что сулили действия вампиров.
Мир сузился до звуков и обострившихся ощущений, они обрушились огромной волной, оглушая и оставляя беспомощной, как щепку в центре урагана. Я снова ничего не видела, и от этого волнение усиливалось до поджимающихся пальцев на ногах и тяжёлого, прерывистого дыхания. Меня куда-то повели — недалеко, всего несколько шагов, потом лорд Мартин поднял мои руки и… привязал к чему-то над головой. Я осталась полностью беспомощной, без возможности пошевелиться, ослепшая и обнажённая, в полной власти вампиров. Испугало ли меня это? Болезненная пульсация между ног и гулкая пустота в груди говорили об обратном. Я жаждала продолжения, по телу прошла дрожь предвкушения от ожидания, и нервы натянулись до предела, тихонько звеня. Тишина окутала ватным покрывалом, и я слышала только своё неровное дыхание да стук сердца в ушах.

Через несколько мгновений моего тела коснулось… нечто. По ощущениям — вроде как пучок чего-то мягкого, невесомо скользившего по коже, оставляя за собой шлейф щекочущих мурашек. Странный предмет прошёлся по груди, подразнив напряжённые соски, спустился на живот, тут же поджавшийся от ощущений, и одновременно чьи-то ладони легли на мои бёдра, властно надавив