В один далеко не прекрасный день вы узнаете, что являетесь потомком и наследником княжеского рода. Замечательно! Только в семье небольшие проблемки. Не изволите ли разобраться? Пожалуйста! Вас перенесло в родной мир магии, эльфов, оборотней, людоедов, вампиров, воинов и драконов. Чудесно! А теперь представьте, что все они, включая простых смертных, против вас! Прекрасно! Вы в этом незнакомом мире никого не знаете, зато все знают вас и жаждут вашей медленной смерти в пытках и муках! Хм… Но в чем проблема? Возьмите фамильный полутораметровый меч и покромсайте всех недовольных в капусту! Легко сказать! Особенно если вы не на моем месте и сами не полтора метра!
Авторы: Уласевич Светлана Александровна
отличался.
«Признаком интеллекта, что ли?» — попыталось съязвить левое полушарие, но настороженно замолчало.
Я вгляделась в черты предводителя. По какому-то странному обстоятельству он действительно не совсем походил на свой народ. Вроде тоже узкоглазый, но у него разрез шире, почти как у европейца. Да и сам он здорово напоминал современных Якомото, Ушимото и прочих Юкири.
— Что ты сказала? — внезапно прищурился вожак.
— Что? — наивно хлопнула глазами я. Неужели последнюю фразу вслух произнесла?
Незнакомец задумчиво посмотрел на меня, почесал подбородок и на минуту отвернулся к одному из своих помощников, что-то ему прокаркав. На всю спину у мужика красовалась татуировка разноцветного восточного дракона. Я такие видела в фильмах про мафию и воинов якудза. Может, и этот какой-нибудь местный якудза?
— Как ты сказала? Якудза? — вновь заинтересовался мной вождь.
— Я ничего не говорила! — на всякий случай возмутилась я. Вдруг еще он сочтет это за оскорбление. И как догадался, о чем я подумала? Он что, телепат? У, морда японская!
— Ну теперь-то ты уж точно сказала! — прищурился лидер монголоидных воинов. — Кажется, ты меня «мордой японской» обозвала!
— Нет-нет! — поспешно постаралась исправиться я. — Я сказала: «Ум ордая понская». Это в переводе на всеобщий означает «здравствуйте». Приветствие такое. Вежливое.
«Японец» презрительно хмыкнул, словно просек, что я вру как сивый мерин. Затем улыбнулся и сделал шаг ко мне.
— Вежливое, говоришь. А что означает «чтоб ты сдох, рожа узкоглазая»?
Кто ж его так просветил?! Ладно. Помирать, так с музыкой.
— Вы неправильно это произносите. Надо говорить: «Что бтыз дохрожаус коглаза я».
— И что это означает? — заинтересованно склонил голову набок вожак.
— Это пожелание долгой и счастливой жизни, — нашлась я.
— А почему тогда тот, кто мне это говорил, кидался на меня с мечом?
— Ну не знаю, — пожала я плечами. — Может, он вам меч хотел подарить, а может, злых духов изгонял.
— Из моего тела? — ухмыльнулся вожак.
— Ну да, а откуда же еще? — наивно взмахнула я ресницами.
— Боюсь, он бы духа из меня изгнал вместе с жизнью!
— У этой методики всегда были небольшие недостатки, — вздохнула я, разводя руками.
«Японец» фыркнул и смерил меня внимательным взглядом, затем задумчиво протянул:
— Кого это ты мне напоминаешь?
— Понятия не имею, — честно призналась я и на всякий случай добавила: — Меня часто с кем-нибудь путают. Лицо у меня такое.
— А ты, часом, не дракон? — оживился вожак.
— Не-э-эт, — честно возмутилась я. — Я чистокровный человек!
— Странно, — прищурился «якудза». — А по виду ты вылитый дракон.
— Действительно странно, — согласилась я. — Я думала, драконы покрупнее будут.
«Якудза» хмыкнул и достал из кармана какой-то прозрачный голубоватый кристалл с красненькой сердцевиной. Повертев в руках камушек, он царапнул гранью палец. В тот же момент сердцевина в кристалле ожила и, потянувшись к окровавленной грани, поглотила предложенное подношение. Вожак поднес к уху засветившийся кристалл и хрипло произнес:
— Алло, Александр, здравствуй. Тут у меня перед глазами маленькая кареглазая зараза, на тебя похожа. Не знаешь такую? — И, одарив меня хитрым взглядом, продолжил: — Да, утверждает, что она не дракон.
Я опешила. Это что же? Этот монгол связался по кристаллу с моим родителем?! И что это за сотовик-вампир?! Представляю, если бы у нас за каждый звонок надо было отдать каплю крови, то мы бы вымерли максимум через неделю. Хотя с таким приспособлением быстро узнаешь цену слову и прочувствуешь вредность праздных разговоров.
Монгол тем временем продолжал общаться с собеседником, признавшим меня своей дочерью.
— Как догадался, что твоя? Во-первых, я ваши фамильные черты везде узнаю, а во-вторых, она, как и ты, обозвала меня «мордой узкоглазой» и уверяет, что фраза «чтоб ты сдох» является пожеланием здоровья и благополучия. Что? Она права? Ты издеваешься? Что я, русский не учил? Я в России вырос! Посмотреть на это с другой стороны? Это с позиции говорящего? А, ну тогда, если я сдохну, то у него действительно будет долгая жизнь. Короче, что с дочкой твоей делать? Нет, никаких охламонов рядом не видно. И блохастого никого нет. Одна она тут. Где-где, в лесу! Что она здесь делает? — Обернувшись ко мне и прикрыв кристалл рукой, вожак спросил: — Что ты здесь делаешь?
— Чернику ем.
— Чернику ест. Что, выдрать за уши, чтоб по лесу одна не шаталась? Ну хорошо.
— Не надо! — запротестовала я, но «японец» даже не заметил моего возмущения.
— И охламонов ее выдрать,
