В романе удивительным образом переплетаются вымысел и реальность — по тундре бродят мамонты, кочуют и охотятся зверолюди, раздаются выстрелы и совершаются ужасные находки — причудливый мир, в котором истина где-то рядом. Книга доктора философских наук и известного писателя А.Буровского написана на материалах из историко-археологического и энтографического опыта автора.
Авторы: Буровский Андрей Михайлович
очень чутко, постоянно просьшаясь, поднимая голову и осматриваясь. А уши и во сне все время шевелились, описывая чуть ли не полные круги. Подойти к Маше незаметно не смог бы не только что Вовка Акулов, но даже и полярный волк.
И следующий день был такой же, только теперь Миша везде ходил вместе с Машей, а ночью она опять пристроилась на его спальнике. Он с вечера наготовил еды, чтобы позавтракать пусть холодным, но жареным и вкусным, не тратя консервов и хлеба.
28 — 31 мая 1998 года
Трудно сказать, как реагировали бы Красножопов и Крагов, узнай они — в двухстах метрах ниже, под ними, отделенный пеленою туч, по снегу идет Миша Будкин? Во всяком случае, сесть там они все равно бы не могли.
Самолет гэбульников ушел на запад… именно туда и гнало тучи. На востоке пелена кончалась только километрах в двухстах, это было известно. Самолет все больше забирал на юг, и все большее расстояние отделяло самолет от Миши.
Но и там, где в другую погоду открылся бы им берег озера, сейчас под крылом спецсамолета плыли все такие же тучи. Альтиметр показывал двести метров, сто пятьдесят… Машина входила в туман, видимость нулевая, летчик выходил из облаков.
Километрах в пятидесяти летчик доложил, наконец, что может попытаться сесть, к страшному негодованию начальства.
— Вы понимаете, что саботируете исполнение задания?!
— Я саботирую или туман?!
— Вы военный летчик! Вы должны соответствовать! Я поставлю вопрос!
— Садиться в том квадрате я не буду! Это верный конец, как вы этого не понимаете!
— Я на вас напишу докладную!
— А я на вас! Вы пытаетесь провалить задание, поставив принципиально невыполнимые условия!
И Красножопов предпочел заткнуться. Чего-чего, а докладных в «фирме» боялись.
Машина вывалилась в узенькую щель между землей и облаками, почти над вершинами лиственниц. И деревья, и сама земля — все было под таким же мокрым снегом. Это предусмотрели — самолет был, как-никак, на лыжах. Вот как будто подходящая равнинка…
Натужный, прерывистый рев. Заход на посадку сквозь серые полосы, уходящие к земле от туч, неровная поверхность снега, лиственницы — все это стремительно неслось на людей.
— Держись!!!
Сильный толчок, еще один, бешеная тряска под натужный, тяжкий рев моторов. Людей швыряет друг на друга, почти выбрасывает из сидений. Вроде бы тряска поменьше. Толчком, внезапно, самолет остановился. Моторы взвыли и замолчали.
Красножопов с удовольствием отметил, что первым с кресла вскочил Крагов.
— Подвигать конечностями! Отстегнуть ремни, встать! Ну что, ребята, есть живые? Тогда — слушай мою команду!
Спустя час на снегу высилась груда снаряжения, а Красножопов доругивался с летчиком.
— Никакого снаряжения не оставляю! Снаряжение — для спецзадания! Оружие — для спецзадания! Продовольствие — для спецзадания! Для чрезвычайных случаев есть свой спальник, есть неприкосновенный запас!
— НЗ рассчитан на три дня! Сколько мне тут сидеть, неизвестно!
Летчик со злостью пинал треснувшую, почти расколотую повдоль лыжу.
— Вам же ясно сказано, к вам вылетят сразу же!
— А когда оно настанет, ваше «сразу же»?! Вот это, — летчик тыкал в низкие тучи, — это все недели на три! И передавали же!
— Пр-рекратить панику! Истерика при исполнении задания! Вы не взяли запасные лыжи — это преступление! Вы несете ответственность!
— Пятый раз вам сказано — в инструкциях…
— Ма-алчать! Летишь над снегом — должен быть запас лыж! Сколько надо — такой и запас!
— Да мне же велели убрать, чтоб ваше все вошло! Тонна перевеса! Все забито!
— Ма-алчать! Не ра-ассуждать!
— Да оставьте вы нам тушенки! Мы хоть на макаронах просидим!
— Эт-то что такое?! Вы опять?! Тушенка выполняет спецзадание! Макароны идут на спецзадание!
— Да хоть концентратов оставьте!
— Концентраты нужны выполняющим спецзадание!
— Мой НЗ рассчитан на три дня, на одного!
— Выполняйте приказ! Тут условия военного времени! Не рассуждать! Исполнять!
Летчик был какой-то не такой… Будь он такой, не пожалел бы ему Красножопов ни тушенки, ни другой еды, получше. А этот… глаза какие-то блудливые, никакой выправки, все мысли — только про жратву. Тоже мне — лучший летчик управления! А там говорят — на задание только его! Его, мол, надо ценить!
И с удовольствием перевел Красножопов глаза на Андрея Крагова: вот уж этот —
