Не отпускаю

Но ни одна из них не кажется мне верной. Если бы Полина узнала про Валерию, скорее всего она бы уже мне это предъявила и не разговаривала со мной в таком подозрительном тоне. Полина переводит взгляд на телефон и берет его в руки, как нечто страшное. Медлит, открывает последнее сообщение. Долго читает, сводит брови, словно не этот текст хотела увидеть. Перечитывает ещё раз, кладет телефон на комод, выдыхает, словно не дышала и выходит из спальни, кидая мне, что ужин готов. Что черт побери с ней происходит?! Сегодня все женщины решили вынести мне мозг!
Быстро одеваюсь в белую футболку и простые спортивные штаны. Спускаюсь вниз, выхожу в гараж, забираю из машины папку с документами, являющимися сюрпризом для Полины, и бутылку вина. Иду в дом, оставляю папку в гостиной на журнальном столике, прохожу на кухню, где уже накрыт стол, но только на одну персону. Полина стоит возле открытого окна и осматривает уже увядающий сад.
— Что ты делаешь?! Холодно, тебя продует, — говорю я, закрывая окно.
— Садись ужинать, а то все остынет, — безучастно произносит она и собирается покинуть кухню.
— Стой, — хватаю ее за руку, пытаясь быть спокойным, хотя меня бесит ее очередной непонятный мне бзик. Последние дни я совершенно не узнаю свою жену. И я ни хрена не могу понять с чем связаны эти перемены. — Что опять случилось?
— Ничего, все хорошо, — отвечает она, смотря куда-то сквозь меня.
— Почему ты тогда не ужинаешь со мной?
— Я не голодна и плохо себя чувствую, — слишком спокойно и холодно отвечает она, находясь где-то далеко от меня, в своих собственных мыслях.
— Что у тебя болит?
— Голова. И я уже выпила таблетку. Когда закончишь с ужином, я хотела бы поговорить с тобой о моей работе. Ты обещал вернуться к этому разговору, — в каком-то гребаном официальном тоне заявляет она, словно не жена мне, а секретарша.
— Обещал! Пойдем, — тяну ее за собой в гостиную, и как ни странно Полина покорно идет. — Сядь, — подталкиваю ее к креслу. Хватаю черную папку с документами и вручаю ее Полине.
— Что это? — уже более эмоционально спрашивает она.
— Твоя новая работа, на которую ты так хотела. Читай, там все написано! — бросаю ей и иду к бару, наливаю себе коньяка и ухожу в свой кабинет. Я хотел, что бы это было по — другому. Думал мы поужинаем, выпьем, я вручу ей папку с документами, на купленный готовый цветочный салон и торжественно объявлю, что она теперь полноправная владелица процветающего цветочного салона в центре города. Но все вышло совсем по-другому! Сажусь в свое кресло, отпиваю коньяк, сжимаю переносицу, что бы успокоиться и не сорваться на жену. Когда я приезжаю из командировки, я просто хочу оказаться в уютном доме, рядом с любящей женой. Поужинать с ней, спокойно провести вечер и лечь в теплую постель. Для этого я и женился. Раньше все было так, а сейчас со мной рядом не моя милая и любящая жена, а какая-то дерганая, холодная женщина.
— Что это? — проходя в мой кабинет, спрашивает Поля, сжимая в руках папку.
— Это цветочный магазин, и ты теперь его хозяйка. Бизнес действующий и процветающий. Можешь оставить все как есть и просто управлять. Или все поменять на свое усмотрение. Это твоя работа, на которую ты хотела. Но с условием, что ты будешь заниматься этим без фанатизма и оставлять время для семьи.
— Почему именно цветочный магазин? — растерянно спрашивает Поля.
— А сама не догадываешься? — усмехаюсь я. Я думал, что жене будет приятно узнать, что она станет хозяйкой цветочного салона, это так символично, учитывая наше знакомство. Но она все равно чем-то недовольна. Полина подходит ко мне и опускает папку на стол.
— Но я не уверена, что смогу так быстро во всем разобраться.
— Ты же экономист и только недавно рвалась работать бухгалтером? Разберешься. Заодно и докажешь, что можешь быть самостоятельной.
— Кому докажу? — оскорбленно спрашивает она, смотря на меня с обидой.
— Ну не знаю, окружающим, мне, самой себе. Ведь это ты устала от дома и хочешь сменить обстановку, стать независимой, показать свои никому ненужные амбиции. Меня все устраивало, но моя жена решила самореализоваться с помощью работы, а не с помощью материнства и семьи, — да, я намеренно бью ее словами и Поля, не ожидая от меня этого, округляет глаза, хочет что-то сказать, открывает рот, но слов не находит. А как ты хотела моя хорошая? Я тоже умею разочаровывать. Или давать стимул развиваться, доказывая мою неправоту. Только моя жена не боец. Она слабая, милая женщина, поэтому я на ней и женился, а не на карьеристке, у которой время на мужа и ребенка расписано в ежедневнике.
— Зачем ты так? — тихо спрашивает она.
— А ты зачем? Я хотел по-другому, но ты вновь разыгрываешь какой-то