Терпеть все, что происходит между нами страшно, но еще страшнее отпустить.… Каждый день я смотрю в любимые глаза и молча молю меня отпустить. Просто взять и разорвать эту связь, потому что сама никогда не смогу этого сделать, как бы невыносимо больно мне не было. Я только сейчас поняла, насколько ОН безжалостен.
Авторы: Шагаева Наталья Евгеньевна
— Привет, — Валерия подходит ко мне, опуская глаза в пол словно нашкодившая школьница, изображая покорность, что раньше мне нравилось.
— Как ты сюда попала? — спрашиваю я, вновь откидывая голову на спинку кресла, смотря в потолок.
— На входе меня впустил молодой охранник, который впечатлялся моей слезливой историей о том, что я новая сотрудница, забывшая пропуск. Ну, или он впечатлялся моим декольте, с которого не сводил глаз, — усмехается сучка. — А твоей секретарши нет на месте.
— Бывшей секретарши, — констатирую я.
— Ну кто бы сомневался. Ты не меняешься, и мне это чертовски нравится.
— А ты я смотрю бесстрашная, — усмехаюсь я. — Что, Лерочка, не нашла спонсора, никто не трахает? — так и не отрывая взгляда от потолка произношу я.
— Ну зачем ты так, я тебя хочу, — обиженно тянет она.
— А я хочу, чтобы ты немедленно и очень быстро покинула это здание и больше не попадалась мне на глаза. Иначе я выволоку тебя отсюда за волосы. И больше не пожалею тебя и все-таки устрою тебе увлекательную поездку домой, — сквозь зубы проговариваю я, но эта тварь настолько тупа, что и не думает уходить, а наоборот, подается ко мне ближе, опираясь руками на стол, выставляя свои сиськи на показ.
— Я полностью признаю свою вину, мы можем просто нормально поговорить? — в ее голосе слышатся нотки отчаянья, словно я ее последний шанс. А к черту все, я давно растерял цинизм. В конце концов, она вложила немало сил и денег Зимина в свой салон.
— Если ты про свой бизнес, работай, тебя никто больше прижимать не будет. Но только в том случае, если я больше никогда не увижу и не услышу тебя.
— Спасибо, но я хотела бы вернуть наши отношения. Я слышала у тебя родилась дочь, стало быть с женой ты наладил отношения…, и я подумала…, — она медленно тянет руку к моему плечу, прикасаясь ко мне, а меня током простреливает от ее касания. Поднимаю голову и резко перехватываю ее запястье, сильно сжимая, намеренно причиняя боль. А эта сука ухмыляется, ей нравится, и я резко отпускаю, отталкивая от себя.
— Пошла вон, я сказал. Иначе я за себя не отвечаю! — повышаю тон, чтобы до нее наконец дошло. Сжимаю бокал из-под коньяка, почти кроша стекло, еще минута и я действительно выкину ее отсюда к чертовой матери.
— Ненавижу! — словно гром раздается голос Полины. Перевожу взгляд на вход и вижу мою девочку, которая смотрит на нас убивая меня своим взглядом. Твою же мать! Охренеть! Почему именно сейчас?! Она же не поверит мне, что у меня ничего не было с этой тварью. Мне одновременно хочется убить Валерию и кинуться вслед за убегающей женой. Соскакиваю с места, буквально отшвыривая от себя Валерию и бегу за женой.
— Полина! Стой! — моя жена буквально сталкивается с секретаршей, отталкивает девушку и бежит к лестнице, снимая на ходу босоножки на шпильках. Твою мать, я точно полный идиот, какого хрена я сразу не спустил эту тварь с лестницы?
— Поля! — кричу на весь этаж, привлекая внимание сотрудников. Догоняю жену, хватаю за руку и рывком тяну к себе.
— Не трогай меня! Не смей больше никогда ко мне прикасаться! — яростно кричит мне в лицо, а сама пытается сдержать слезы, которые наполняют ее красивые зеленые глаза.
— Поля, ты все не так поняла, — выдаю шаблонную фразу, не придумав ничего лучше, а она пытается вырваться и бьет меня в грудь.
— Отпусти! Ты… ты… ненавижу! — размахивается и со всей силы дает мне пощечину. А мне так хорошо становится, моя девочка не остыла. Она меня любит, и выдает очень вкусные эмоции. Сильнее сжимаю ее руку и тяну за собой в зал для переговоров, не обращая внимания на ее сопротивление и обвинения в мою сторону.
— Вышли все вон отсюда! — почти рычу, выгоняя из зала архитектора и его помощника, которые обсуждают проект. Мужчины мешкают, собирают бумажки с чертежами, а моя жена в это время пытается вырваться.
— Оставьте на хрен эти бумажки и убирайтесь отсюда! — нервы не выдерживают. Понимаю, что сам виноват в этой ситуации и доверия мне уже нет, но мне все это надоело, хочется выбить из Поли все сомнения. Мужчины быстро покидают зал, а я запираю дверь на замок и только потом отпускаю руку жены. Она тяжело дышит, отходя от меня, пока не упирается в большой стол из темного дерева для переговоров. Плачет, даже не всхлипывая, просто обливается чистыми слезами и смотрит на меня с ненавистью.
— Не подходи, — уже тихо просит она, вскидывая руку, и я останавливаюсь в паре метров. Сжимаю переносицу, выдыхаю, пытаясь собраться и попытаться объяснить.
— Полина, я понимаю, что сейчас поверить мне очень сложно, практически невозможно. У меня ничего с ней нет. Ни с ней, ни с кем-либо другим. Уже давно. Мне кроме тебя больше никто не нужен. Я не знаю, зачем она явилась, всех
