и быстрым шагом пошла к забору. У меня должна быть информатика, так что, можно и прогулять.
Придя домой, с удивлением обнаружила на пороге чужую обувь. Мужскую и женскую.
— Так, — приподняв одну бровь, пробормотала я. — И кто же здесь у нас?
— Дочь, — из зала вышла улыбающаяся мама, а за ней собственной персоной.
— Дядь Слава, — весело воскликнула я, кидаясь к нему на шею. — Как давно вас не было видно.
— Да, солнышко, — усмехнулся мужчина, обнимая меня. — Это верно. Ну, как дела твои?
— Может, обсудим все за чаем? — спросила мама. — А то мы там твоих пончиков любимых купили.
— Это не может не радовать, — я широко улыбнулась.
— Ну, что ж, пошли, — проговорил Вячеслав.
Весь остаток вечера мы провели, болтая обо всем. Дядя Слава пожаловался мне на его нынешний строгий режим, поставленный мамой, который он теперь просто обязан выполнять, а мама на это только хмыкала, говоря, что это еще начало.
Слушая все это, я думала о том, что уже успела соскучиться по всей этой семейной болтовне.
Вальяжно расположившись на кресле, Миша, откинув голову, выпустил в воздух синюю струйку никотинового дыма вверх. Темнота ночи окутывала комнату во мрак, который нарушался лишь бледным светом луны. Светильник он включать не захотел.
Тишину комнаты прорезал телефонный звонок.
— Да, — лениво ответил он. — Я нашел кое-кого. Встретился со старым знакомым, если точнее будет сказать, — поднеся сигарету к губам, крепко затянулся. — Да. Знаю, — выдохнул. Его взгляд скучающе бродил по комнате. — Но только так можно подступиться к Шолохову, — парень стал задумчиво разглядывать, как синеватый дым тянулся узорчатой струйкой от сигареты, растворяясь в воздухе. В разговор собеседника он не вслушивался, так как нового для себя услышать ничего не мог. — Понятно, — произнес Романов. После, попрощавшись, снова вернулся к созерцанию комнаты.
Если подумать, то Кристине он сказал правду частично. Его работа действительно касалась одного типа, но с юристикой это не было никак связано.
Человека, которого он искал, можно было назвать неприятным типом, и даже опасным. Он уже имел несколько статей, но благополучно уходил безнаказанным. Михаил не знал его лично, но именно из-за него, его брат сейчас лечится от наркозависимости.
Хмыкнул.
Но здесь он не из-за Артура. Хотя, частично может быть все-таки и он причастен к этому. Арт подставил его, подсунув немалую дозу наркотиков ему в машину, после чего свалил из города, решив, что младший братишка все разрулит.
‘Но нихрена подобного’, — усмехнулся парень.
Хотя, все могло сложиться куда хуже….
Стоя на балконе, девушка, подняв лицо к небу, блаженно улыбнулась. Музыка, зазвучавшая из глубины комнаты, сейчас как никогда подходила к ее настроению.
Нас затянуло на батут ду-ду
Теперь ты не такая,
а я память затирал
таят, таят наши дни
то тепло, что убил в тебе амфетамин
Мужская рука обвила ее сзади за талию.
— Не холодно?
— Обалденно, — протянула она, повернувшись. Взяв из руки парня сигарету, затянулась. Действительно, погода была отличная. Ночной ветерок слабо дул, приятно холодя кожу, а тишина, нарушаемая негромкой музыкой, придавало некое ощущение спокойства. Именно так себя сейчас чувствовала девушка.
— Дани, я говорила тебе, что просто обожаю тебя? — она обняла парня за шею.
— Да, было такое, — издал он смешок.
— Тогда я повторюсь, — закусив губу, соблазнительно улыбнулась. — Я тебя обожаю, — приподнявшись на носочки, потянулась к нему.
Ничего не сказав, Даниил, притянув к себе ближе девушку, ответил на поцелуй.
Стерва и дурак, прикинь себе, это там, где
мы умирали так который день
а время тикало, тикало
девочка, куда ты с ним по-тихому?
Оторвавшись от парня, Соня весело рассмеялась.
— Дура пьяная, — беззлобно фыркнул Дан.
— С этим не поспоришь, — сверкнув зелеными глазами, ответила Рахмановская.
Взяв бокал, стоящий на поручне, она пошла в квартиру, оставив Даниила одного на балконе. Усмехнувшись про себя и покачав головой, он пошел следом за Соней.
Сев на кровать, парень с улыбкой наблюдал, за девушкой. Которая, осушив свой бокал, повернулась к нему и, закусив губку, игриво подмигнула, после чего, со смехом покружившись на месте, пошла в его сторону.
Тянул ладошки, смеялась сплошь и рядом,
Верная. Смотрели в небо, как дно океана,
курили, часто молчали, наслаждаясь
как тишина омрачала город, а нам-то было в кайф
Опрокинув парня на кровать, Соня расположилась на нем верхом. Даниил на мгновение задержал дыхание, почувствовав, как задрав ему
