Не провоцируй меня

Я посмотрела вверх.
  С замеревшим сердцем наблюдала за самолетом, исчезающим далеко в небе. Он улетал. Далеко. Увозя с собой частичку меня, оставляя внутри пустоту и боль. Дикую. Такую, что хотелось выть.
  Я всхлипнула. Каждый вздох давался мне с трудом. Никогда не думала, что может быть так больно.
  Он не появлялся. Он улетел. Навсегда.
  Мозг упорно отказывался воспринимать эту информацию. Как и сердце….
  Но просидев еще около часа, я поняла, что он уже не выйдет из здания. Я поняла, что это конец.

  — Странно, — Дима нахмурился. — Кристинка что-то уже долго трубку не берет.
  — Да, — вздохнула Алина, отклоняя свой звонок. — Может, она с тем парнем?
  — Парнем? — не понял Димка. — А, точно. С Яном, — вспомнил он. — Но трубку-то она должна взять.
  — Позвони Насте, — через некоторое время предложила девушка. Кивнув, Рыков начал звонить ей.
  Спустя минут десять он повернулся к Лариной. Лицо его было мрачным.
  — Что там? — поинтересовалась Алина.
  — Она с Яном. Была.
  — Была? — удивилась девушка. — Так, наверное, она и сейчас с ним….
  — Нет, — перебил ее Рыков. — Когда я звонил Насте, она…. Плакала. И сказала…. — вздохнул. — Что Ян улетел в Лондон. Несколько часов назад. Навсегда….
  — Но она….
  — Она провожала его, — хмуро закончил парень, крепко сжав в руках телефон.

  Бесцельно бредя по улицам, я не заметила, как начало темнеть. Я вообще ничего не замечала. Мне было так все равно….
  Проходя мимо одного магазина, я остановилась. Мое внимание привлекла гитара, стоявшая на витрине.
  ‘Ты должна отвлечь на себя ее парня, пока я добиваюсь Настю!’ — вдруг вспомнилось мне.
  Это был фендер. Черная электронная гитара с вьющимися узорами. Которую обещал купить мне Димка. Та самая гитара. Правда теперь, я почему-то ее возненавидела.
  А еще мне вспомнилось сегодняшнее утро…. Вернее один эпизод….

  — Кстати, что означает твоя татуировка? — спросила я, водя пальцем по замысловатым узорам. — Похоже на птичку. Это жар птица? — хихикнула.
  — Почти, — хмыкнул Ян. — Это Феникс.
  — А почему именно он?
  — Потому что, это необычная птица.
  — И чем же она необычна?
  — Своим стремлением. Упорством.
  Я с интересом посмотрела на Яна.
  — И поэтому ты ее наколол?
  — Нет, — он усмехнулся. — Просто это было сделано на спор.
  — На спор?
  — Ага.
  — А на что спорили? — мне стало любопытно.
  — Не помню, — разочаровал меня он и, посмотрев на мое обиженное лицо, рассмеялся. — Солнышко, это лет пять назад было. Думаешь, я помню?
  — Мог бы.
  Усмехнувшись, он внезапно повалил меня на спину, нависнув сверху.
  — Тебе она нравится?
  — Очень, — прошептала я, чувствуя нараставшее внутри волнение.
  — Тогда…. — наклонившись, зажал мочку уха между губами. — Я впервые не жалею, что сделал ее….

  Я издала какой-то сдавленный звук.
  Снова. Снова это.
  — Идиот, — всхлипнула. — Какой же ты идиот…. — судорожно вздохнула.
  ‘Я сам не заметил, как слишком увлекся. Кто же знал, что обычное развлечение перерастет в чертово наваждение….’
  Почему я не могу его возненавидеть? Почему, почему?! Или хотя бы безразличной….
  Господи, как можно всего за несколько недель так до невозможности полюбить человека? Как? И так быстро потерять его, даже не насладившись этим чувством. Потерять….
  Крепко зажмурилась, не обращая внимания на чертовы слезы. Хотелось зарыться куда нибудь под одеяло. Спрятаться. Свернуться в клубочек.
  Внутри что-то словно трещало по ниточкам. Разрываясь. Проваливалось в пустоту.
  Обычно, когда мне было плохо, мне хватало сильных объятий Димки, которые всегда успокаивали, но он не здесь. Он с Алиной…. Сейчас я чувствовала себя невыносимо одинокой. Нет. Не Димкины объятия мне сейчас нужны. Другие. Его. Мне нужен он….
  — Кристина? — услышала я, но не обратила на это внимания. — Кристин, это ты? — меня осторожно взяли за плечи. — Девочка, что с тобой случилось? — смутно знакомый мужской голос.
  Меня прижали к груди и, не выдержав, я громко всхлипнула. Нет. Просто разревелась, цепляясь за одежду держащего меня.
  — Успокойся…. — слабо слышала я. — Тихо….
  Мы долго так простояли, не замечая прохожих и все это время. Парень гладил меня по спине. Он ничего не говорил, и я была ему за это благодарна. Наконец, успокоившись, я попыталась оттолкнуться от него, но он не дал мне сделать этого. Обхватив мой подбородок двумя пальцами, поднял вверх.
  — Кристина?
  Высокий широкоплечий