Гибель актрисы самодеятельного театра и исчезновение юной родственницы вынуждают решительную, бесстрашную и любознательную героиню и ее верных друзейискать решение задачи, поначалу кажущейся неразрешимой.
Авторы: Клюева Варвара
любую карту, Леша выключается из общественной жизни по меньшей мере на пару часов, но сейчас он отложил атлас в сторону, даже не взглянув на него!
— Мы же не будем звонить во все квартиры в доме и спрашивать, не здесь ли проживает Ася, — бубнил он. — Она может жить в соседнем доме и даже на соседней улице, а мы не знаем ни фамилии, ни возраста, ни внешних данных… Дело плохо, поняла я. Придется, несмотря на эту одуряющую духоту, шевелить мозгами, иначе Леша не уймется.
— Мы даже имени толком не знаем. Вдруг Ася — это какое-нибудь сокращение?
— Успокойся, Леша. Я придумала, как ее найти.
Леша мгновенно заткнулся. У меня прямо от сердца отлегло. Провал попытки отвлечь его атласом вызвал во мне нехорошее опасение, что Леша зациклился навсегда. Я покосилась в зеркало. Слава богу, обошлось! Взгляд его показался мне осмысленным.
— Мы зайдем к Саше, скажем ему, что навестили Тамару и по совету доктора хотим направить к ней кого-нибудь из подруг, чтобы она могла выговориться. Она ведь жаловалась нам, что уже замучила соседок по палате, значит, ей нужны новые лица. Саша и его мама не годятся, они уже в курсе дела, и потом, близким не всегда можно все высказать. Пусть они порекомендуют нам, к кому из Тамариных приятельниц можно обратиться. Тут наверняка и всплывет Ася — других-то Тамара не называла. А не всплывет — тоже неплохо. Поговорим с подружками, о которых она умолчала.
— А если… — Все, Леша! Хватит меня мучить! — рассердилась я. — Лучше посмотри карту и скажи, как дальше ехать.
Дома у Тамары никого не оказалось, и я предложила подождать во дворе. Мы с трудом отыскали свободную скамейку и сели, предвкушая несколько блаженных минут покоя, но Леша и тут не дал нам расслабиться.
— Смотрите, вон Настя, дочка Тамары!
Мы с Генрихом завертели головами.
— Где?
— Да вон, у качелей! Рыжая, с двумя косичками.
Мы повернулись в указанном направлении и действительно заметили девочку, словно сошедшую со страниц Астрид Линдгрен, — рыжую, веснушчатую, большеротую, с короткими, торчащими в разные стороны косичками. Она увлеченно раскачивала качели, на которых сидела другая девочка.
Я посмотрела на Генриха. В число его многочисленных талантов входит умение мгновенно завоевывать детские сердца. Пообщавшись с ним пять минут, дети уже ни о чем другом не мечтают и начинают рыдать в голос, когда приходится с ним расставаться. Очень удачно, что он оказался с нами, потому что ни я, ни Леша на роль друга детей не годимся совершенно.
Генрих поймал мой взгляд, прочел в нем безмолвную просьбу и начал с кряхтением подниматься. Для человека с такими длинными ногами встать со стандартной скамейки — большая проблема. Попробуйте сами принять вертикальное положение из позиции «сидя, с коленями, подтянутыми к подбородку».
— Подождите, я сейчас, — сказал он и зашагал к качелям.
Ждать пришлось порядочно. Сначала Генрих долго сидел на корточках перед нашей Пеппи Длинныйчулок, потом вторая девочка слезла с качелей и присоединилась к компании, потом какая-то женщина, видимо, мамаша второй девочки, забеспокоившись, встала со скамейки, подошла поближе и тоже вступила в разговор. Другие мамаши повытягивали шеи, явно предвкушая скандал.
— Еще немного, и его поглотит любопытствующая толпа. Не дай бог, примут Генриха за педофила и потащат в милицию.
— В милицию — это еще ничего, — утешил меня Леша. — Могут и просто накостылять.
Ужаснувшись перспективе, я вскочила:
— Пошли на выручку!
Но в эту минуту Генрих по очереди подал руку обеим девочкам, потом то ли кивнул, то ли поклонился мамаше и быстро зашагал к нам.
— Ты чего так долго? — спросил Леша. — Мы уже хотели тебя спасать.
— От чего? — удивился Генрих.
— От ярости толпы, — ответила я. — Эта мамаша не заподозрила у тебя порочных наклонностей?
— Ася? Почему она должна была заподозрить меня в порочных наклонностях? Я же приехал от Тамары, специально чтобы передать привет Насте.
— Так это и была искомая Ася? Ну и ну! И что она тебе сказала?
— Пойдем в машину, по дороге расскажу.
— Она говорит о Тамаре исключительно в превосходной степени, — начал Генрих, когда мы выехали со двора. — Тамара такая умница, такая добрая, такая бескорыстная, такая замечательная! И там поможет, и тут подсобит, и все, чего ни попросишь, сделает. Словом, у меня создалось ощущение, что эта Ася крепко села Тамаре на шею. Ничего принципиально нового она не сказала. Правда, назвала место Тамариной работы — туристическая фирма «Каменный гость».
— Еще бы «Пиром во время чумы» назвали! — фыркнула я. — А о финансовых проблемах Седых ты ее спрашивал?
— Спрашивал — дескать, не
