Фанфик на книгу Андрея Круза ‘Земля лишних’. Бывает так, что, когда привычная жизнь рушится, неожиданно появляется не только выход из ситуации, но за этим выходом — целый новый мир. И в нем человек может найти новый смысл своей жизни, новых друзей и даже любовь, хотя за все это ему придется драться.
Авторы: Грубов Николай
полковник стал для Коршунова если и не врагом номер один, то уж наверняка не другом. Отомстить за подобное Коршунов не против был бы. Удивительно! Как так этот полковник Шняга оказался в поле его видимости? Прямо скажем — не повезло! Иметь такого врага никому не пожелаешь. Но я теперь буду полностью на стороне Родимцева. Мне Коршунов никогда не нравился. Думаю, что полковника можно рассмотреть на предмет «доверить» ему эту операцию. Такие люди, которые не побоялись даже в то время говорить правду в глаза, не взирая на должности и звания, я думаю, нам пригодятся, таким можно доверять.
— Если мы договоримся с Родимцевым, то и ему услугу окажем. Ему и его людям просто необходимо на время исчезнуть с горизонта. И мы выиграем, в том, что не надо искать человека для столь щекотливой миссии. — Задумчиво проговорил Лошкарев.
— Я думаю, что в лице Петра Викторовича мы приобретем умного и делового человека, а уж насчет преданности своему слову ему нет равного. Но и относится к нему надо бережно, очень щепетилен в вопросах отношения, как к нему, так и к его людям. — Добавил Чирняков.
— Хорошо, значит так и сделаем. Я сам поговорю с Родимцевым. — Решил полковник Лошкарев.
ДЛИННАЯ ДОРОГА НА ЗАПАД
«Сквозь бури, дождь и грозы,
Взяв только сны и грезы,
И детскую мечту,
Я тихо уплыву»
( Ю. Лоза. Песня «Плот»).
40.08.22г. Новый мир. Река Амазонка. Остров «техников»
— Неужели я пропал? — Вот уже десять дней в голове Кирилла постоянно, в разных вариациях, звучит этот вопрос.
Да не все ли равно, как он звучит. Ведь от этого ничего не изменится, так и останется чувство безысходности и нереальности ситуации, в которую он вляпался. Спрашивай себя, или не спрашивай, а все идет к тому, что жить ему осталось совсем немного.
Он уже понял, что жизнь любого из его соседей по несчастью здесь ничего не стоит. В таких условиях можно протянуть самое многое год, с ним уже поделились этой «новостью» другие «рабы». Да, именно рабы, как это не парадоксально звучит в наше просвещенное время. И жизнь любого из этих несчастных, что сейчас спят в этом вонючем и непроветриваемом помещении больше похожим на землянку, лишь дверь имеющая небольшие щели между досок хоть как то указывает, что они не зарыты вживую в могиле, зависит от того с какой ноги встанет «хозяин».
Им еще повезло, что специалисты вроде Николая Гиреева и здесь ценятся. Когда узнали что он специалист по дизельным морским двигателям, то его сразу хотели отправить на этот укрытый от посторонних глаз остров одного, но он категорически заявил, что лучше его пусть убивают, но он без своих детей никуда не пойдет, и ничего делать не будет. Он также сказал, что Кирилл его помощник и хорошо разбирается в навигационном оборудовании. Хоть Кирилл и не знал, что представляет собой это навигационное оборудование, но возражать не стал. Да и не мог он ничего возражать в то время, так как лежал избитый в каком-то сарае за то, что заступился за свою девушку.
При нем два бандита стали делить девушку и решать, кто первый попользуется, и Кирилл, не сдержавшись, заехал кулаком в лицо первому кто приблизился к Светлане, в результате получил несколько ушибов и небольшое сотрясение мозга от пинков ногами, разозленных охранников.
А то, что проплывало перед его глазами, когда их сюда везли на катере, ему не то, что никогда не приходилось видеть, он даже в фантастических фильмах не видел подобного. Первое что бросилось в глаза, после того как им разрешили подняться с положения «лежа» — это какофония красок окружающей растительности. От фиолетового до черного. Ядовито-зеленые деревья, тесно сбившиеся на участках проплывающих мимо катера островках с более-менее сухим грунтом, тут и там переплетались многообразием лиан и колючего кустарника. Множество островов и островков, находящихся на этой широкой и многоводной артерии разветвляли ее на меньшие артерии, вены, капилляры в виде этих проток по которым катер каким-то образом мог находить свою дорогу. Цветы яркие и наверняка злые повсеместно вылезали на глаза из этой жуткой мешанины красок и запахов. Запах гнили перебивали запахи цветущих кустарников, а запах воды больше похожий на запах болота, в котором гниет масса опавшей листвы, веток, и недоеденной тухлой рыбы, кружило голову и навязчиво кричало о том, что здесь кипит жизнь — яркая, причудливая и многообразная. И в тоже время это ад, зеленый ад. Выбраться из которого, без проводника, вряд ли возможно. Даже имея подобный транспорт, на котором
