Погибнуть в одной армии, чтоб попасть в другую. Где сословия имеют значение, а ты сам далеко не дворянин. И рассчитывать можно только на себя; а дисциплина и воля к победе — тоже оружие. Столкновение двух миров в то время, когда руководству учебного заведения нужен результат.
Авторы: Афанасьев Семён
– Ну тогда последний пункт. Касается всех. – Декан как‑то незаметно подбирается и становится ещё более серьёзным. – Срок, отводившийся на возможную реабилитацию Аспана Бажи истёк. Есть ли смысл дальше удерживать его тут?
– Я с самого начала предлагал его передать родственникам, – хмурится Валери. – Пусть бы они его и выхаживали. Наши и так сделали невозможное: дотащили его в стазисе сюда. Живого.
– Передача его родственникам, без попыток спасти, была бы равносильна нашему признанию личной заинтересованности. – Задумчиво возражает Декан. – Да и моральный аспект. Он всё же, недолго, но считался одним из нас.
– Считался и был – это разные вещи, – качает головой Валери. – Особенно в свете приходившей информации. О его несанкционированных контактах на маршруте выдвижения.
– Этого вслух не объявишь. Но это уже и не важно, – миролюбиво и успокаивающе говорит Декан. – Срок вышел. Мы действительно не можем сделать ничего. И любой целитель подтвердит наши слова, что мы искренне пытались сделать всё, что могли.
– Ну так уведомляем родственников – и пусть забирают тело? – сводит брови вместе Валери.
– Уведомишь сам. – Хлопает ладонями по столу Декан. – Чтоб между вашими фамилиями не осталось недосказанности. К тому же, ты куратор курса.
– Принял…
– Если хотите, это могу сделать я, – прорезается со своего края Пун, явно находящийся в курсе всей подоплёки событий касательно Бажи. – Если хотите, могу официально, под статусом Соратника, объявить о своём личном недоверии всей фамилии. На основании… вы понимаете. Не буду трепать языком.
Валери и Декан ошеломлённо переглядываются, затем Декан поворачивается к Пуну:
– Мы о такой возможности даже не думали. Вы уверены?
– У нас в войсках всё просто, – пожимает плечами Пун. – Если на тебя можно положиться – все ради тебя пойдут на всё. А уж если о тебе практически доказано, что ты в лучшем случае неблагонадёжен… Я скажу больше. Я бы очень просил вас передоверить лично мне передачу тела его родственникам. Вы можете присутствовать. Но предупреждаю заранее: разговор лёгким не будет. И выражений я подбирать не буду. Как и стесняться в них.
– Почему? – вопросительно поднимает бровь Валери.
– Две причины. – Спокойно отвечает Пун. – Даже три… Первая: я всегда, всем, в любых серьёзных ситуациях говорил и говорю только то, что думаю. Особенно если предметом обсуждения является служебный долг либо честь. Даже Её Августейшеству. Не взирая на чины и регалии.
Присутствующие хмыкают, а Пун продолжает:
– Второе. Мне не чужды эмоции. И если недостойный человек чуть не замарал нашу репутацию, я сейчас о погранвойсках, я буду вносить ясность в ситуацию до тех пор, пока лично не посчитаю, что инцидент исчерпан. В случае конкретно с Бажи, у меня есть масса вопросов к старшим в его роду: действовал ли он сам либо по наущению?
– Вы же понимаете, что ответов не получите? – с интересом подаётся вперёд Декан. – Хотя мысль интересная, чего уж… Но тут не граница. Увы. И не войска. Они найдут массу способов уйти от ответа.
– Господин Декан. Наша специфика такова, что иногда приходится вступать даже в заранее проигрышный бой. – Пун выделяет слово «наша» интонацией, явно имея в виду род войск. – Просто потому, что кроме нас, бывает, больше некому в конкретный момент защищать границу. И не важно, сколько нас оказалось в конкретный момент на конкретном участке, трое или взвод. Здесь то же самое. Я вижу прямую угрозу. И молчать о ней не считаю правильным.
– Даже боюсь спрашивать, какова третья причина, – со смешком откидывается назад в кресле Декан.
– Как соратник Её Августейшества и участвовавший прямо в выводе группы, я не считаю возможным в военное время замалчивать угрозу предательства со стороны людей, от которых так много зависит в вертикали Империи. – Пожимает плечами Пун. – Пусть они лучше думают, как справиться со мной и что ответить на мои шаги. Чем дальше продолжают…
Пун не завершает фразы.
Декан переглядываются с Валери, после чего Декан говорит:
– Как вам будет угодно. Мы с подполковником присутствуем?
– Разумеется, – церемонно кивает Пун. – Но в роли подчинённых лиц. Прошу понять правильно. Членов семьи Аспана я буду вызывать, как Соратник Её Августейшества и как начальник командира группы. Вопросы им буду задавать тоже с этой позиции. Вы являетесь офицерами подразделения, в котором проходило формирование группы и ваше присутствие тоже необходимо.
– Такой зимний запас, даже не
