Погибнуть в одной армии, чтоб попасть в другую. Где сословия имеют значение, а ты сам далеко не дворянин. И рассчитывать можно только на себя; а дисциплина и воля к победе — тоже оружие. Столкновение двух миров в то время, когда руководству учебного заведения нужен результат.
Авторы: Афанасьев Семён
что он старый и много видел, он лучше других понимает все выгоды оптовой покупки рыбы у меня. В одиночку, без конкурентов. А кроме нас, в ближайшее время ловить же никто не будет, это же очевидно: вон даже мы с тобой как намучились… пока ты наших заставлял в воду лезть, – смеётся она, прикрывая ладонью рот. – Что до уважения, то по мне же видно, чья я дочь, – она касается кончиками пальцев какого‑то медальона в форме солнца с лучами, одетого ею напоказ поверх одежды. – Он явно не «белая кость», в отличие от меня. С чего бы ему говорить иначе?
Видимо, я ещё многого не понимаю в местных аналогах дворянства .
Алтынай продолжает бесцельно гулять по рядам шёлковой одежды, а я сопровождаю её. С местом ночлега мы определились, тут есть аналоги гостиниц.
Внезапно в соседнем ряду возникает какой‑то шум, и в проход между рядами прямо нам под ноги вылетает средних лет мужчина, что‑то бормочущий себе под нос.
На языке, которого я не понимаю, но фонетику которого неплохо узнаю ещё оттуда. Поскольку там, ещё на флоте, имел контакты с их экипажами в разных портах одного очень интересного региона.
Алтынай, нахмурившись смотрит на старика (а это оказывается действительно почти старик, просто не толстый и моложаво выглядящий), а из соседнего прохода выходит пара местных здоровяков (явно торгующих тоже тут в одной из лавок) и направляется к поднимающемуся с земли деду.
Алтынай делает мне знак рукой и становится между стариком и двумя местными парнягами, говоря мне:
– Помоги старику подняться. – Затем обращается к местным. – Кто такие? В чём дело?
Видимо, в местных раскладах аналоги дворянства тоже фигурируют, и Алтынай явно имеет какие‑то привилегии, судя по её весьма особенным интонациям тут, на базаре.
Местные что‑то отвечают ей на дари, которого ни я, ни Алтынай, не знаем.
Наклоняюсь и под руки поднимаю старика, попутно отряхивая от пыли.
– Вы меня понимаете, уважаемый? – Вежливо спрашиваю его на туркане и пашто по очереди.
– Вполне, – отвечает он на центральном туркане, с весьма определённым акцентом. Затем добавляет. – Кажется, кто‑то хочет сойти за азара…
– Кажется, богом избранный народ как и прежде гоним и притесняем, – смеюсь в ответ. – Но по‑прежнему цепляет локтями всех подряд, не считаясь ни с личностями, ни с обстоятельствами.
– В чём дело? – игнорируя двух местных, поворачивается к старику Алтынай.
– У меня была чудесная партия тесьмы и кружев, – чуть поклонившись, отвечает ей дед гораздо более уважительно, чем общался со мной. – Я заплатил полагающийся налог в казну Наместника, но местная гильдия ткачей настаивает на том, что и им я тоже что‑то должен. Но я очень хорошо знаю правила, и это просто грабёж!
– Справедливости ради, сестра, – смеюсь, стоя сбоку. – Ничуть не подвергая сомнению слова уважаемого, отмечу: его народ достаточно регулярно попадает в конфликты из‑за денег. Хотя, зачастую, отнюдь и не по своей вине.
– Наверное, сложно быть сыном такого народа, – демонстративно вежливо чуть наклоняет голову Алтынай, глядя на старика. – Мы можем чем‑то помочь вам?
– Я уже послал за базарной стражей, – ещё глубже склоняется дед. – Если бы вы просто согласились выпить чаю в арендуемой мной лавке. Буквально четверть часа. До прихода стражи Наместника.
– Вы уверены, уважаемый, что приход стражи не ухудшит лично вашего положения? – продолжаю смеяться, поскольку происходящее кое‑что очень живо напоминает мне. В духе рассказов одного почившего писателя, которого звали Исааком Эммануиловичем .
– Я не первый сезон арендую лавку на этом базаре, – достаточно прохладно отвечает мне старик. – И знаю правила. – Затем обращается к Алтынай, и его голос становится намного мягче. – Не откажите в любезности.
– Пошли, – хмыкает Алтынай и, обходя двух местных, идёт за стариком к ближайшему каменному строению. Являющемуся привилегированным торговым местом дорогой части рынка.
В других местах, считавшейся бы премиальной.
__________
Примечание 1.
АРАК = водка
СЫРА = пиво.
ШАРАП = вино.
Кто не верит, сморите словарь:)
Соответственно, фамилия всеми любимого Володи Шарапова – какая угодно, но только не славянская. Впрочем, как и Кутузова, Есенина и т. д. и т. п.
Кстати, а графа Аракчеева из литературы все помнят?
Видимо, от «АРАКШИ», = Производитель водяры:) (звуку Ч в казахском соответствует Ш)
Примечание 2.
Насчёт научиться на лошади за пару часов… Близкий друг служил на 20‑й заставе Пянджского погранотряда, 1985–1987 (насколько помню, это последняя застава, на стыке с Московским отрядом). Привезли
