Погибнуть в одной армии, чтоб попасть в другую. Где сословия имеют значение, а ты сам далеко не дворянин. И рассчитывать можно только на себя; а дисциплина и воля к победе — тоже оружие. Столкновение двух миров в то время, когда руководству учебного заведения нужен результат.
Авторы: Афанасьев Семён
продолжает пояснения успокоившийся Иосиф. – Многие из них, сами либо через слуг, передали: некоторыми из городских порядков среди «инородцев» недовольны все. В открытую, поддержать вас они не смогут: у них нет соизмеримых с вашими возможностей. Но, во‑первых, «инородцы» заявляют о безоговорочной финансовой поддержке ваших начинаний. И, во‑вторых, предлагают принять в расчёт их свидетельства, если дело дойдёт до Суда Султана: вы ведь, да и я тоже, здесь тоже инородцы…
– Я правильно понимаю, текущий поток денег – это финансовые авансы за то, чтоб дочь хана Орды продолжала двигаться той же дорогой? – переглянувшись с Алтынай, сразу уточняю детали, в которых, видимо, ориентируюсь не то чтобы лучше, просто быстрее, чем Алтынай.
– Нет, – качает головой Иосиф. – Это плата за товар. Который, реши я закрыть лавку, они больше не купят до следующего года… Они просто закупают сейчас полугодовой запас, чтоб не зависеть от меня полгода. Но если дочери хана, по каким‑то причинам, не будет хватать денег, достойные люди поддержат её начинания в полной для своих возможностей мере.
Я уже мысленно потираю руки; надеюсь, по моему лицу это не читается.
Но, видимо, моё настроение не укрывается от Алтынай. Которая кладёт свою ладонь поверх моих двух, сжатых в замок, и отвечает Иосифу:
– Я понимаю, какие надежды питают уважаемые торговцы. Благодарю за сказанное слово. Откровенность в ответ: в деньгах Орда не нуждается. Но нуждается вот в чём…
Когда Алтынай заканчивает в лоб, вопреки всем неписаным правилам , излагать Иосифу информационные потребности Орды на этом рынке (вызывая у меня желание сделать «рука‑лицо»), тот даже ухом не ведёт. К моему удивлению.
– Разумеется. Все отдают себе отчёт в том, сколь важен противовес в вашем лице сложившемуся союзу, сборщиков поборов из дари с аппаратом Наместника – пашто. – Серьёзно завершает Иосиф.
А я радуюсь, что моё лицо не выражает никаких эмоций. Потому что ту работу, которую сейчас вдвоём провернули старик с Алтынай, я бы и делал иначе, и договариваться б пытался иначе.
С моей точки зрения, такой лобовой разговор категорически не мог сработать.
Видимо, я ещё очень многого не понимаю в этом мире.
__________
Какое‑то время пьём чай, обсуждая походя заинтересовавшие Иосифа математические модели и детали совместной деятельности: Иосиф, по договорённости с Алтынай, предоставляет ей финансовый отчёт за сегодняшнее утро, а она договаривается с ним, в каких монетах ему сегодня или завтра передадут остаток выплаты за её пай.
– Если хотите, можете не везти сюда монет из коша. – Иосиф серьёзно смотрит на Алтынай. – Плата за ваш пай вполне покроется в течение пары недель увеличением, благодаря вам, наших продаж.
– «Делай, как сказал; и не говори, чего не будешь делать», – отвечает явно какой‑то поговоркой Алтынай, и Иосиф, опуская голову, поднимает в воздух скрещенные руки. – Деньги будут доставлены сюда в течение дня и ночи. – Продолжает Алтынай. – А сейчас прошу извинить: нам нужно заняться покупкой мяса для лагеря.
__________
На утро следующего дня, Орда возле базара всё так же продолжает прибывать. Однако, вопреки расхожим опасениям, проблем либо беспорядков от более чем десятка сотен воинов не было никаких: за пределы лагеря они не выходили. Отхожие места оборудовали чуть далее в степи, туда же и отогнали всех коней. Нечистоты в реку не сливали и коней в реке не купали, явно зная местные правила и соблюдая их.
Чуть позже дочь хана, так громко кричавшая вчера на площади рынка, и её звероватый охранник оплатили в мясном ряду закуп мяса почти на тысячу человек на один день. Что составило более полусотни барашков.
Если честно, этого от Орды вообще никто не ожидал: во‑первых, у туркан своих баранов, что звёзд на небе. Понятно, что гнать их сюда быстро не получилось бы. Но что‑то придумать наверняка было можно, чтоб не тратиться ежедневно. В крайнем случае, привычные степняки могли пожевать и вяленое мясо.
Но, видимо, их хан и его дочь имели на этот счёт своё мнение. И на еде своих воинов не экономили.
Весть о таком неожиданном повороте моментально облетела рынок, и обычные торговцы пашто и дари выдохнули с облегчением: при желании, Орда вообще могла забрать этих баранов так. Без денег. И делать это каждый день.
Но раз пришельцы платят золотом, да ещё и за то, что у них самих и так в избытке… только проедь чуть по степи… Возможно, их претензии не так уж необоснованы? Ведь порядочные люди напраслину возводить не станут.
А в том, что люди, имеющие силу, и платящие при этом золотом, порядочны, уже не сомневался никто.
Вместе с тем, и пашто, и даже дари слишком хорошо знали
