Погибнуть в одной армии, чтоб попасть в другую. Где сословия имеют значение, а ты сам далеко не дворянин. И рассчитывать можно только на себя; а дисциплина и воля к победе — тоже оружие. Столкновение двух миров в то время, когда руководству учебного заведения нужен результат.
Авторы: Афанасьев Семён
она просто чувствует, кто из студентов не готов либо не знает ответа на конкретный вопрос.
Если до этой пары у меня ещё были сомнения — идти ли на детский кружок, то сейчас, скрепя сердце, вынужден сомнения отбросить: не люблю быть должным. А я ей уже задолжал. Она меня сейчас самым форменным образом покрывает и вытягивает. Не могу её подвести, оставшись на нынешнем уровне. Придётся ходить…
А сейчас мой долг ещё больше увеличится.
Дождавшись окончания пары, снова подхожу к ней.
— Госпожа Жао Ксия, разрешите обратиться.
— Конечно, — привычно белозубой улыбкой отвечает она. Как всегда, игнорируя уставы настолько, насколько можно. Может, это профессиональные особенности именно офицеров от медицины? — Вы помните про кружок сегодня?
— Так точно! Это — первый пункт. Подтверждаю своё участие.
— Правильно, — и она снова бьёт меня по плечу, не переставая улыбаться. В другой раз, мне было бы неловко.
— Госпожа майор, второй пункт. Спасибо за поддержку. — Чётко смотрю ей в глаза.
— Проехали, Атени, именно вас я чувствую, — кажется, я сейчас начну краснеть… — Не стоит благодарности. Вы будете хорошим учеником. Нужно просто наверстать кое-что, отсутствующее в вашем багаже в силу объективных причин. Какой третий пункт?
Я уже не удивляюсь. Врач высшей категории, если и не читает мысли, то уж меня, при условии личного знакомства, просто видит насквозь — я уже смирился.
— В составе колледжа есть техслужба. У наика этой техслужбы — болен кто-то из детей. В кассе взаимопомощи нижних чинов сейчас есть деньги на оплату врача, но я взял на себя смелость обратиться к вам напрямую: судя по тому, что я вижу, лучше вас всё равно будет сложно найти. А дети — это дети… — Скомкано завершаю объяснение, затрудняясь сформулировать все резоны полностью.
— Чтоб не тянуть, сразу ответ ДА. Конечно глянем. Куда идти? Где живёт наик, где сейчас его дети? Сколько из них больны, чем? Но есть ещё вопросы, — продолжает улыбаться она.
Мысленно ругаю себя за тупость: ни одного этого вопроса я уорренту не задал.
— Выясню тот час, госпожа майор!
— Атени, если не секрет, вы действительно как-то видите мою медицинскую квалификацию? Как вы определяете, что я — хороший врач?
— Валялся в госпитале три месяца. Из них две недели — в реанимации. В зоне боевых действий, врачи менялись. Была возможность набрать статистику… — бормочу, избегая встречаться с ней взглядами.
— Ещё что? — обезоруживает меня в очередной раз её улыбка.
— Вы снова видите?
— Конечно, — снова улыбка. — Атени, высшая категория, прокачанная эмпатия, вас знаю лично плюс именно для меня вы — очень читабельны. Развивайтесь дальше, в смысле поясняйте! — и снова хлопок по плечу.
Её улыбки действуют на меня, как обстрел из трубок Брауна в ущелье. И чёрт меня раздери, если она этого не чувствует. Ловлю себя на том, что мне это почему-то приятно. Странно, обдумаю это после.
— Нужно быть очень сильным человеком, чтобы остаться такой светлой, как вы, в армии. А сильная личность — всегда хороший профессионал. — Смотрю ей в глаза, не отводя взгляда. Мне кажется, она заслужила, чтоб я говорил ей, что думаю. И не думал, что говорить.
— Спасибо, — и снова белозубая улыбка.
Интересно, откуда она родом? Может быть, у них это часть какого-то ритуала? Дикого для Ужума, но вполне нормального у них? Надо будет выяснить… По возможности.
— Атени, в течение получаса выясняете, где дети наика, и что с ними: может статься, мне потребуются дополнительные медикаменты или оборудование, чтоб я туда два раза не ездила.
— Есть.
— Как узнаете — сообщите мне, я буду в деканате.
— Есть.
— За два часа до ужина жду вас в кружке для абитуриентов.
— Так точно. Разрешите идти.
— Не тянитесь, Атени, я всё вижу, — белозубо улыбается она и снова хлопает меня по плечу.
А что я, я уже почти привык… Разрыв шаблона.
По пути на склад, натыкаюсь на посыльного из штаба. Тьфу, деканата. Который просит срочно прибыть на узел связи. Коротко объясняю, что сейчас занят, выполняю задание преподавателя (Лю, если что, прикроет — это я уже понял) и прошу обождать четверть часа, чтоб не подводить меня под взыскание.
По уставу, новую команду можно подать либо после выполнения предыдущей, либо после её отмены. Но посыльный отменить команду офицера не может, а никого из офицеров с ним нет. Потому сходимся на четверти часа, и он, развернувшись, удаляется в направлении узла связи.
Перехожу на бег и в здание склада уже вбегаю.
— Батя, где дети наика? Чем больны?
Уоррент моментально врубается:
— Наик живёт
